Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
18:52 

Окно на северную сторону

Mia_Levis
Стыд впал в спячку.

Название: Окно на северную сторону
Фэндом: Ориджиналы
Пейринг: Авиан; альфы
Рейтинг: NC-17
Жанры: Hurt/comfort, слэш, омегаверс
Предупреждения: Насилие, нецензурная лексика, изнасилование второстепенного персонажа, групповой секс, мужская беременность, first time, смерть второстепенного персонажа
Размер: Макси
Статус: завершен
Саммари: Омега в тюрьме для альф.
Публикация на других ресурсах: по договоренности

Глава 1

Утро Авиана началось с жуткой головной боли и тошноты. Еще не проснувшись окончательно, он вымученно застонал и попытался прижать колени к животу. К его удивлению, ноги ударились обо что-то твердое, поэтому Авиан перевернулся на другой бок и... упал на пол. Сон словно рукой сняло. Кое-как приподнявшись на локтях, удалось различить серый камень, щедро "украшенный" плевками и чем-то до боли напоминающем блевотину. Подобные жидкости в непосредственной близости от лица и острый запах прогорклой мочи вызвали рвотные позывы, но, благо, изо рта вытекла лишь тонкая ниточка слюны. Авиан слишком давно не ел, поэтому желудок лишь нещадно сводило спазмами.

- О, очухался! - мужской голос привлек внимание, и Авиан, кое-как утерев влагу с губ, выпрямился. И тут с каким-то запоздалым ужасом осознал, что эта клетка - не его комната. Решетка перед его глазами и такие же металлические прутья на крошечном окошке не отставляли никаких сомнений о местонахождении Авиана. Окружная тюрьма.

- Что я тут делаю? - прошипел он, опираясь на узкую кушетку, на которой, видимо, и провел эту ночь.

- А ты не помнишь, алкоголик малолетний? - хохотнул полицейский, почесывая в районе паха. - Знатно вы вчера погуляли.

Авиан нахмурился. Вчера у Мэтта, его одногруппника, был день рождения. Или это было не вчера? Последнее воспоминание обрывалось на черт-знает-какой рюмке текилы и плаванье в огромном бассейне Мэтта просто в одежде.

- Ладно, открывайте, - зло прошипел Авиан, кое-как поднимаясь на дрожащие ноги. Одежда была влажной, а значит, день рождения и правда был вчера. Горло жутко пересохло, голова раскалывалась, поэтому единственным желанием было как можно скорее оказаться дома.

- Шустрый какой! Ты лучше адвокату позвони, - офицер хмыкнул и сел на жалобно скрипнувший стул. Авиан старательно пробивался сквозь алкогольный дурман, но выходило это откровенно плохо, поэтому он лишь стиснул зубы и процедил:

- Я не понимаю. Какому еще адвокату?

- Слушай, парень, отвали! Вождение в состоянии алкогольного опьянения, наезд на омегу - на омегу, представить только! - и после этого ты хочешь, чтобы я тебя отпустил? Благодари Бога, что все обошлось довольно благополучно, но, честно говоря, я бы на твоем месте позвонил и попросил привезти тебе вещи. Готов поспорить на двадцатку, что тебе несколько лет светит.

***

Комната для свиданий производила угнетающее впечатление. Стол да несколько стульев - вот и вся обстановка. Авиан вышагивал из угла в угол, нервно кусал губы и постоянно запускал тонкие пальцы в черные волосы. Возле двери молчаливой статуей стоял полицейский. На вопросы он не отвечал - Авиан уже пытался, поэтому приходилось лишь терзаться догадками, когда же именно родители соизволят заявиться и в очередной раз вытащить его задницу из передряги.

Когда скрипнула дверь, Авиан был уже на грани нервного срыва. Но облегчение сразу же затопило, как только в комнату вошли трое - скоро он будет дома. Первым, конечно же, появился папа: высоко вздернутый подбородок, идеальная укладка, до неприличия узкие джинсы, обтягивающие стройные ноги. Ну кто скажет, что ему уже за сорок, и он выносил троих детей? Следом вошел отец - высокий, решительный, хмурый. Он держал мобильный возле уха и явно не планировал прерывать разговор, поэтому лишь кивнул на Авиана подбородком третьему посетителю - бете в сером замшевом костюме. Мол, "разбирайтесь сами".

- Вин, дорогой, - папа поцеловал воздух возле щеки сына и рассеяно поправил волосы. - Тут так отвратительно.

- А я говорил, сиди дома, Кристиан! Ты же никогда не слушаешь, - прошипел отец, прижимая трубку к плечу, чтобы на другом конце провода не услышали.

- Отвали, - папа надул губы и вновь обратился к Авиану: - Так что случилось, сынок?

- Документы у меня, мистер Лайер, - встрял в разговор адвокат, молчавший до этого. - И, боюсь, прогноз неутешительный.

***

В машине жутко трясло, и Авиан опустил голову на колени, прижатые к груди. Еще месяц назад он - восемнадцатилетний студент экономического факультета - напропалую прожигал жизнь. Благо, статус беты, который ему официально присвоили в шестнадцать, позволял не думать о создании семьи и потомстве. Конечно, иногда было обидно, ведь бета - это как последнее звено в цепи. Отцепишь - не заметят. Но со временем он смирился, ему даже начало нравиться полное отсутствие ответственности. Он наблюдал, как отец посвящал старшего брата-альфу в тонкости семейного бизнеса или как строго относился к поведению младшенького-омеги. А вот его, Авиана, никто толком не контролировал. И это было замечательно, до поры до времени...

Возможно, отец и смог бы воспользоваться связями, чтобы выгородить Авиана, но дело приобрело огласку. Средства массовой информации на все лады корили безалаберных юнцов, не ценящих чудо природы и главное достояние социума - омег. Порицание достигло критической отметки, отец Авиана терял клиентов, а потому принял правильное, конечно же, правильное, но от этого не менее жуткое решение - он уговорил Авиана признать всю вину, покаяться и отсидеть положенный срок. Это пошло на пользу семейному бизнесу; все считали, что их семья - образец честности и даже кровное родство не является для них поводом увиливать от справедливого наказания.

- Эй, заснул что ли? Приехали! - Авиана больно пихнули в бок. Он вскинул взгляд и сглотнул вязкую слюну. Тюрьма - сплошная серая громада. Холодная и пугающая. Лишь решетки на окнах и колючая проволока на высоких стенах немного разбавляли однообразие цвета. Но эти атрибуты больше пугали, чем воодушевляли.

Авиана не держали ноги, поэтому высокий бета подхватил его под локоть и потащил ко входу. А потом все слилось в сплошной мутный поток: регистрация, изучение документов, какие-то плоские шуточки, конвой, осмотр у врача, который нагло лапал едва живого Авиана за задницу, член и яйца. Хотелось провалиться сквозь землю, но Авиан лишь стискивал зубы и часто моргал, чтобы прогнать злые слезы. Он не будет плакать. Не будет!

- Бета значит? - изучая документы, задумчиво протянул врач. - Беты здесь в ходу, - он хохотнул, но потом добавил: - Хотя ты невзрачненький, хрен его знает, что с тобой делать будут. На вот, переодевайся.

Авиан принял коричневую робу и отвернулся к стене. Он и правда был темной лошадкой в семье: они все светлые, голубоглазые, с пропорциональными телами, а он слишком худой, смуглый, черноволосый и кареглазый. Когда-то он слышал, как отец кричал на папу, называл его "конченой шлюхой" и требовал сказать, от кого же Кристиан родил такого сына. Тогда было обидно, сейчас же это уже не трогало. Отец делами продемонстрировал свое отношение к среднему сыну, и именно поступки ранили сильнее. Слова - это мелочь.

- Готов?

- Да, - тихо ответил Авиан, застегивая последние пуговицы на рубашке.

- Иди, значит. Отведут тебя в камеру.

Авиан кивнул и вышел за дверь, где его встретил охранник. Он молча защелкнул на запястьях наручники и, подтолкнув в спину, вынудил двинуться по темному коридору.

Продолжение в комментариях...

@темы: ориджинал

URL
Комментарии
2017-03-26 в 19:00 

Mia_Levis
Стыд впал в спячку.
Глава 2


Раньше Авиан знал лишь два факта о тюрьме: первый - в тюрьмах не сидят омеги, нет ни одного преступления, которое могло бы караться так жестоко по отношению к ним. Второй - цель тюрьмы исправить оступившегося человека, дабы потом он смог вернуться к законопослушной жизни. Эти сведения были официальны, возможно, не слишком правдивы в отношении второго пункта, поэтому сейчас, бредя по длинному коридору, Авиан пытался уловить любую мелочь. Он отметил, что здесь жутко холодно, а влажность чрезмерная, прикинул приблизительную высоту потолков и ширину между стенами. Все эти наблюдения были лишними, но они позволяли отвлечься, механически делать один шаг за другим и не думать о том, что ожидает за дверью камеры. Сначала все получалось, Авиан настолько погрузился в изучение каменной кладки под ногами, что не сразу понял, как конвоир довел его до одного из тюремных блоков. Но долго игнорировать шум, стоящий вокруг не удавалось. Авиан вскинул голову, всматриваясь в тяжелые хромированные двери, тянувшиеся по обеим сторонам коридора. Благо, немногие заключенные подходили к зарешеченным окнам, прорезанным в дверях. А если подходили, то благоразумно молчали. Но все же Авиан отчетливо слышал голоса в камерах и даже... стоны? Он недоуменно сдвинул брови и решил, что ему просто показалось.

- Пришли, - голос полицейского ворвался в сознание и пустил по коже табун мурашек. Хотелось броситься наутек, позвонить отцу и умолять забрать его отсюда. Авиану казалось, что он сейчас просто потеряет сознание, но даже блаженное небытие не приходило. Он, словно зачарованный, следил, как его конвоир прокручивает ключ в замочной скважине, распахивает тяжелую дверь. Еще мгновение - щелчок наручников, толчок в спину. Перед глазами Авиана стремительно вспыхнули темные пятна, дыхание перехватило, и он как сквозь вату услышал хриплый низкий голос:

- Командир, блядь! Вы охуели совсем? Куда нам пятого? На голову?

- Заткнись, Хесс! Что я сделаю, что их всех к нам направляют? Принимайте! - с этими словами Авиана вновь толкнули, и он бы явно впечатался лицом в грязный пол, если бы не чьи-то сильные руки, подхватившие за талию. За спиной прогрохотала дверь, отрезая все пути к отступлению. Авиан настолько погрузился в тяжкие думы, уткнувшись носом в ключицу какому-то альфе, что не сразу почувствовал ладони на своем теле. Лишь когда ему забрались под штаны и ощутимо сжали ягодицы, он дернулся из захвата.

- Что... Что? Как?.. - слова упорно не хотели связываться во вразумительный вопрос, поэтому Авиан испуганно попятился к двери. Он, конечно, краем уха слышал, какую роль исполняют беты в тюрьмах, но был уверен, что это сказки. Никто ведь не имеет права принудить его к чему-то, правда ведь? Авиан вообще считал себя асексуальным, его не интересовали ни мужественные альфы, ни хрупкие омеги. Это как-то и не напрягало, все отношения заменялись вечеринками и выпивкой, а секс казался чем-то несущественным. В конце концов, ему не нужно думать о потомстве, может сексуальные желания в нем вообще не запрограммированы?

- Повезло-о-о, - сердито протянул альфа, которого охранник назвал Хесс. Он скрестил руки на груди и нахмурился. - К нам подселили малолетнего задрота. Ладно, не дрожи! Звать тебя как?

- А-Авиан, - пролепетал тот, не в силах оторвать взгляд от пугающих литых мышц, перекатывающихся под кожей на руках. Ему всегда казалось, что отец и старший брат - самые яркие представители "породистых" альф. Высокие, сильные, они все же уступали огромному монстру, стоящему сейчас перед Авианом. Спокойствия это не внушало. Такой мог и дух выбить одним ударом.

- Ты еще и заика? Прелесть какая! Эй, Нейт, Эльман, уснули, блядь, что ли? Идите, оцените новенького, - Авиану эти слова не понравились. Ох, как не понравились!

- Ой, суповой набор, ей-богу! Увидел бы на улице, подумал бы, что омежка мелкая, - с нижней койки поднялся еще один альфа. Более низкий, чем Хесс, он все же производил впечатление хищника: гибкий, плавный, каждый шаг выверен. Зеленые глаза просканировали Авиана, а потом он легко хлопнул его по плечу и, подмигнув, прошептал, пока Хесс отошел: - Не боись. Он не такой злой, как кажется. А я Эльман, кстати. Будем дружить?

***

Авиан лежал на верхней койке и боялся даже пошевелиться. После знакомства альфы совершенно не обращали на него внимания, лишь указали ему место, где он будет спать. Третий альфа - Натаниэль, так и не соизволил даже заговорить с Авианом. Он лежал как раз напротив, тоже наверху соседней двухэтажной кровати, поэтому Авиан мог лишь рассмотреть белобрысый затылок, торчащий над колючим одеялом. Хесс лишь изредка ворчал, но тоже ни к кому конкретно не обращался, зато Эльман не затыкался, что-то постоянно рассказывая другим альфам. Что касалось беты, Далиана, то он спал. Лишь на мгновение приоткрыл один глаз, оценивающе посмотрел на Авиана и, видимо, решив, что никакой угрозы тот не представляет, просто перевернулся на другой бок и засопел. Казалось, что он жутко устал и весь день отсыпался после трудовой смены. Авиан искренне не понимал, что могло так утомить бету. Осознание пришло ночью, когда Далиан заворочался на койке Хесса, на которой и спал до этого.

- Лиан, детка, иди ко мне, - голос принадлежал Эльману, спящему как раз на нижнем ярусе кровати Авиана. Немного повернув голову, в тусклом свете одинокой лампы удалось различить, как Далиан грациозно перелез через Хесса и мягкой походкой направился к соседней кровати. Он был красивым. Наверное, одной из самых красивых бет, которых за свою жизнь видел Авиан. Хрупкий, светловолосый, с идеально-правильными чертами лица - не знал бы правды, легко можно было спутать его с омегой. Какие-то особые феромоны Авиан не улавливал из-за своей принадлежности к бетам, поэтому и мог оценивать лишь визуально.

Впрочем, долго наблюдать за Далианом не пришлось. Он нырнул в койку Эльмана и на несколько минут все затихло. Авиан уже успел задремать - день был жутко тяжелый, казалось, что он находился в этой камере не несколько часов, а несколько лет. Кроме того, ужин он пропустил, поэтому желудок сводило голодными спазмами, а значит, сон - самый мудрый выход. Но уже совсем скоро все планы об отдыхе рассыпались, словно карточный домик. Снизу начали доноситься стоны - протяжные, хриплые; они то срывались на утробное рычание, то переходили в громкий крик. Авиан едва не умер от разрыва сердца, когда еще и кровать начала раскачиваться. Сомневаться в том, чем именно занимаются на нижнем ярусе, не приходилось, поэтому Авиан покрылся алыми пятнами и задержал дыхание, больше всего желая провалиться в преисподнюю.

Авиан не был ханжой, но это было выше его понимая. Вот так, при всех? Неужели не стыдно? Скосив взгляд, Авиан заметил, что Натаниэль даже не пошевелился, а вот Хесс наблюдал. Он сидел, прижавшись к стене, курил и следил за каждым движением. Наверное, Хесс почувствовал взгляд, потому что спустя мгновение уже смотрел на Авиана. Тот жутко смутился и отвернулся к шероховатой стене, едва не уткнувшись в нее носом. Накинул одеяло на голову, стиснул зубы и решил, что будет просто игнорировать и стоны чокнутой парочки, и насмешливый хохот Хесса.

***

Авиан ходил по облакам. Они были мягкие и теплые, словно огромный слой пушистой ваты. А вокруг лишь бескрайняя синева неба. Море над головой. Авиану хотелось прыгнуть туда, он был уверен, что там тоже тепло и спокойно, но, сколько бы он не подпрыгивал, дотянуться до неба не удавалось. Тогда он решил просто лечь на облака и смотреть вверх, представляя, что качается на волнах.

- Эй, вставай! - откуда-то разнесся сердитый голос и его "море" заштормило, заволновалось, а потом поглотило его, накрыло высокими волнами. В глаза ударил бледно-желтый свет, Авиан часто заморгал и только потом осознал, что его лодыжку сжали чьи-то сильные пальцы, которые и трясли его сейчас. Сон закончился.

- Что такое? - хриплым после пробуждения голосом спросил он. Попытался сесть, но лишь ударился головой об потолок.

- Что такое? Утро уже! Вставай! Или ты думаешь, что на курорт приехал? - Хесс, а это был именно он, хлопнул ладонью по животу Авиана и только потом отошел.

- Доброе утро, мелкий, - это уже был Эльман. Он сидел за единственным, грубо сколоченным столом вместе с Натаниэлем. Третий альфа оказался голубоглазым блондином, он лишь бросил на Авиана равнодушный взгляд и отвернулся к окну, не сказав и слова.

- Доброе, - пробубнил Авиан, кое-как сползая вниз. На койке Эльмана лежал Далиан. Абсолютно голый. Светлые волосы в беспорядке, на бледной коже алели засосы, а на бедрах темнели синяки. Авиан скользнул взглядом по паху, отметил отсутствие волос, которые бета наверняка сбривал. Смущение затопило горячей волной, красные пятна стыда расползлись даже по груди, и Авиан поспешил отвести взгляд.

- Ты так мило смущаешься, - протянул Эльман.

- Заткнись, Эл, - встрял Хесс и обратился уже к Авиану: - Трахаться будешь?

- Ч-что простите? - испуганно дернулся Авиан. Только не это! Он не мог, просто не хотел, не чувствовал ничего.

- Не будешь, значит, - сделал вывод Хесс. - Ну и замечательно. Лиана хватает с головой, а вот в быту он никакой. Будешь убирать, стирать, и всем будет хорошо. Согласен?

Авиан задумался лишь на мгновение. Ни разу за свои восемнадцать лет он не занимался домашним хозяйством, но разве это сложно? Решив, что справится, он кивнул.

URL
2017-03-26 в 19:06 

Mia_Levis
Стыд впал в спячку.
Глава 3


Утро для Авиана прошло молниеносно. Он только успел зайти в угол, имитирующий в камере туалет и умыться, как заключенных начали созывать на завтрак. Когда дверь их камеры отворили, Далиан уже успел проснуться и даже одеться. Он посмотрел на Авиана задумчивым взглядом, но ничего не сказал. Лишь когда тот двинулся к выходу, Далиан ухватил его за рубашку, вынуждая остановиться.

- Что? - недоуменно поинтересовался Авиан, раздраженно рассматривая бледные пальцы, цепко сжимающие ткань. Начинать конфликт с "другом" альф не хотелось, но и объектом для издевательств становиться он не планировал. Не хотелось потерять себя здесь, а потом вернуться на свободу загнанным зверем, вздрагивающим от любого шороха. Авиан постоянно убеждал себя, что это не конец жизни, что все еще будет хорошо, а значит для него было важным сохранить чувство собственного достоинства, дабы потом не было стыдно за свое поведение. К счастью, дилемма касательно того, как поступить, решилась сама. Вернее ее решил Эльман, который любезно пояснил, проходя мимо.

- Сначала мы, мелкий. Потом беты. Субординация, знаешь ли, - Эльман хохотнул, хлопнул Далиана по заднице, щелкнул Авиана по носу и, насвистывая песенку, вышел за дверь, где удивительно терпеливо ожидал охранник. Мимо прошел Хесс, пробормотав что-то наподобие "тупой щенок", а потом уже вышел Натаниэль - молчаливый и апатичный. Авиан даже подумывал, что он немой, но спросить не решался.

- Теперь и мы можем идти. Я Далиан, кстати, - бета протянул руку и улыбнулся. При дневном свете он казался еще миловиднее, да и вообще производил приятное впечатление. Авиан решил, что стоит быть дружелюбным. По сути, именно Далиан спасал его задницу от плачевной участи общего пользования.

- Авиан.

- Рад знакомству. Идем, Авиан, покажу за какими столами мы сидим.

В столовой оказалось шумно до такой степени, что в висках мгновенно скрутилась тупая боль. Авиан рассеяно ковырял кашу, но зато внимательно слушал Далиана, сидящего рядом и дающего очень даже важные сведения.

- Где прачечная, я тебе покажу. Смотри, не халтурь. Хесс вообще педант, поэтому не попадайся ему под горячую руку. После обеда час во дворе, к альфам не подходи. Вообще старайся быть потише: в камерах еще терпимо, а вот при таких сборах не выделяйся. Касательно наших альф: Хесс старший. И по возрасту, и по положению. Ему уже сорок два, за что сидит не знаю. Если не будешь перечить, то с ним можно вполне сосуществовать, он даже защищает от других иногда. Эл замечательный. Понятливый, добрый и... вообще, - Далиан немного покраснел и отвел взгляд. Авиан удивленно вскинул бровь: неужели Далиан действительно симпатизирует Эльману? Это было странно. Не то место, не то положение, не те отношения. Хотя, возможно, Авиан просто чего-то не понимал. - А вот Нейт... Его просто не трогай. Он сидит за убийство альфы, и я его боюсь. Пока все, ешь давай! До обеда нихрена не получишь, скоро назад погонят.

Авиан кивнул и зачерпнул постную кашу ложкой. Сведения о Натаниэле удивили. Кто бы мог подумать, что этот молчун маньяк-социопат? Увы, обдумать все хорошенько не удалось: к их столу подошел охранник и, ткнув Авиану кулаком между лопаток, прохрипел:

- Лайер, подъем! Пришли к тебе.

URL
2017-03-26 в 19:06 

Mia_Levis
Стыд впал в спячку.
***

Авиан стоял возле стола, поглаживая шероховатую поверхность ладонью. Он точно знал, кто именно приехал, и его предположения оказались верными. Совсем скоро в комнату вошел Кристиан - словно изображение из глянцевого журнала.

- Вин, здравствуй, родной. Осунулся весь, - папа заключил Авиана в объятия, потом отстранился, подхватил пальцами за подбородок, покрутил его голову в разные стороны и с тяжелым вздохом добавил: - Это никуда не годится!

- Привет, Крис, - папа требовал, чтобы его называли по имени. Считал, что слишком молодо выглядит, чтобы откликаться на "папа" из уст совсем взрослых детей. Это было чистой правдой. Больше двадцати пяти Кристиану было сложно дать. - Со мной все нормально. Правда! Садись! - Авиан кивком указал на стул, стоящий с другой стороны стола.

- Тебя не обижают? - подозрительно поинтересовался Кристиан, грациозно присаживаясь на указанное место. Авиан тоже сел, сложил руки на груди, и, стараясь казаться убедительным, заговорил:

- Нет. Честное слово! - поспешил добавить Авиан, увидев недоверчивый взгляд родителя. - Непривычно, конечно, но жить можно вполне. Все хорошо, ты только не волнуйся и не ругайся с отцом!

- Хм... - Кристиан задумчиво скосил взгляд на охранника, который все таким же каменным изваянием стоял возле двери. - А этот что тут пасется? - поинтересовался шепотом.

- Такие правила, Крис, - Авиан улыбнулся. Папу он любил, хотя тот всегда оставался безалаберным ребенком. Он был из тех родителей, которые стремятся быть друзьями своим детям, покрывая их шалости и обсуждая различные непристойности. Правда в должной мере такое отношение ценил лишь Авиан, который мог разглядеть за внешней легкомысленностью Кристиана недюжинную сообразительность и мудрость.

- Да? Глупые правила, - протянул Крис, а потом одарил сына взглядом, мол "смотри и учись". Потом он откинулся на спинку стула, закинул стройные ноги на стол, облизал губы и протянул: - Молодой человек, принесите мне воды, будьте добры.

- Мистер Лайер, это не по правилам. Извините, - охранник скосил взгляд на ноги Кристиана, а потом резко отвернулся. Он был бетой, конечно, а значит, не так сильно реагировал на омегу. По сути, он не чувствовал и толики той примитивной похоти, испытываемой альфами, но это не меняло отношения к омегам, которое воспитывалось с самого детства. Омега - это святость, символ семьи, добропорядочности и чести. Но Авиан чудесно знал, что далеко не воспитание сейчас заставляло охранника нервно переступать с ноги на ногу и комкать ткань брюк. Просто Кристиан был еще той "сучкой", как он сам однажды себя охарактеризовал. Он умел получать желаемое, играл роли и менял маски с виртуозностью опытного актера. Авиан не помнил ни единого случая, когда папа не добивался необходимого ему результата. Разве что отец на подобные уловки уже не реагировал, но судить о семейной жизни родителей не хотелось.

- Ясно, - голос Кристиана отвлек Авиана от размышлений. Тот явно начал второй акт своего спектакля: опустил взгляд вниз, прикусил губу, часто заморгал своими кукольными ресницами. Не знай Авиан папу, бросился бы уже утешать, но сейчас он едва сдерживал смех. Охранник же судорожно сглотнул, под кожей явно обозначился кадык, руки сжались в кулаки, и он выпалил, жутко покраснев:

- Я думаю... Ладно... Минуточку, мистер Лайер, я принесу вам воды!

- Без газа и с лимоном, пожалуйста! - крикнул Кристиан вдогонку, а потом разразился хохотом.

- Ты бесподобен, - Авиан и сам засмеялся. Как же было хорошо здесь: с самым родным человеком, вдалеке от всех страхов и проблем. Хотелось, как маленькому, сесть у папы в ногах и позволить ему перебирать волосы тонкими пальцами, но Авиан стеснялся. Детство давно прошло.

- Ага, - легко согласился Кристиан. Еще раз улыбнулся, но еще мгновение - и его лицо стало абсолютно серьезным. Он резко спустил ноги на пол, перегнулся через стол и уткнулся Авиану в шею.

- Крис! Что ты делаешь?

- Нюхаю, - абсолютно спокойно ответил папа.

- Я чувствую, знаешь ли, - дыхание и правда щекотало кожу. Щеки полыхнули алым: что это вообще за странность такая? Он, конечно, не мог пахнуть фиалками в тюрьме, но и чего-то особенно неприятного не ощущал. В конце концов, он пробыл здесь меньше суток.

- Хорошо, - наконец-то Кристиан отстранился, сел на место, хотя и продолжал прожигать сына пристальным взглядом. - А ты думаешь, я не знаю, какую роль исполняют беты в подобных учреждениях? Пока тебя не тронули, а дальше... Вин, хочешь поговорить об этом?

- Нет, Кристиан, не хочу, - смущение просто зашкаливало. Родители как-то упустили вопрос полового воспитания своего стерильного сына тогда, когда это было необходимо. В свои восемнадцать Авиан достаточно знал теорию и не горел желанием обсуждать это с папой. - Правда, все хорошо. В камере есть бета. Он... ну... ты понимаешь.

- Это пока, Вин. Пока, - тяжело вздохнув, задумчиво протянул Кристиан. Несколько мгновений в комнате свиданий царила гнетущая тишина. Каждый из них осознавал, что за два года, на которые осудили Авиана, все и правда может кардинально поменяться. Молчание первым нарушил Крис: встряхнул головой, откинул с глаз светлые пряди и, покосившись на дверь, зашептал: - Теперь слушай меня внимательно. Я попробую оформить ходатайство, перевести тебя на домашний арест. Это займет некоторое время, но все же лучше, чем сидеть сложа руки.

- Отец пошел на это? - потрясенно поинтересовался Авиан. Это было так странно: он ведь первый убеждал всех в необходимости справедливого наказания, фальшиво улыбался в камеры и давал многочисленные интервью, в которых скорбно вздыхал и утверждал, что "его сыну необходимо отвечать за свои поступки". Но Кристиан презрительно фыркнул и поспешил развеять иллюзии:

- Твой отец зажравшийся сноб. Ходатайство будет оформлено на мое имя.

- Это исключено! - тут же отказался Авиан. Мир преклонялся перед омегами, но лишь до тех пор, пока они вынашивали детей, мило улыбались, отвечали невпопад и глупо хлопали глазами. Если омега решался хоть каким-то образом влазить в сферы, не касающиеся домашнего хозяйства, он становился мятежником и был достоин лишь общественного порицания.

- Эй, ты не забывайся, Авиан! - Кристиан хлопнул ладонью по столу и сердито сверкнул голубыми глазами. - Принимать решения я буду без советов всяких мальчишек!

- Крис...

- Замолчи! - и Авиан правда затих. Хотелось плакать, потому что его папа был самым лучшим. Это подтверждение, что он нужен, не забыт было настолько своевременным сейчас, успокаивало и вселяло веру, что все еще может быть хорошо. А потом он неожиданно задал вопрос, ответ на который так давно жаждал узнать.

- Джастин ведь не мой отец? - Слова сорвались необдуманно, и Авиан испуганно съежился на стуле, мгновенно почувствовав себя нашкодившим ребенком. Ну зачем?! Зачем он спросил, испортил папе настроение? Неужели это то место, где стоит обсуждать подобное? Но Кристиан отреагировал странно. Не было ни криков, ни слез, ни сбивчивых оправданий, ни осуждений за такое нелепое предположение. Он отвернулся к стене, как будто увидел на ее грязно-серой поверхности что-то интересное и произнес лишь одно-единственное слово:

- Осуждаешь? - это было не просто "да, Авиан, ты внебрачный ребенок", этот вопрос давал право на любую агрессию, на обвинения и проклятия. Наверное, Кристиан и правда ждал чего-то подобного, его выдавали стиснутые на столешнице пальцы и поджатые губы. А Авиан смотрел и понимал, что не может его винить. Какое право он имел ставить клеймо на самом близком человеке? Он ведь догадывался, что у папы бывают интрижки, но это не меняло его родительских качеств. Да и об отце он подсознательно давно знал, просто нуждался в четком ответе.

- Нет, не осуждаю.

- Спасибо, - спустя секунду ответил Кристиан и заговорил: - Ты прости меня. Когда родился Адриан, мне только исполнилось семнадцать. Я и сам ребенок, еще и живая кукла на руках. Джастин всегда на работе, он и женат на работе. Мы никогда не любили друг друга, мы просто красивая пара, - он грустно усмехнулся, сглотнул, а потом продолжил: - А твой отец был хорош. Подлец, конечно, но, черт возьми, хорош.

- Даже не хочу знать, в чем именно хорош, - хихикнул Авиан, и эта детская реакция как будто мгновенно прогнала всю тяжесть, повисшую в воздухе. Кристиан многозначительно подмигнул и хмыкнул. Но сказать что-либо он не успел, в комнату влетел охранник, на ходу бормоча:

- Извините, мистер Лайер, не мог найти лимон. Пришлось бежать в столовую. Вот, - он протянул Кристиану стакан, кое-как пытаясь отдышаться. Авиан мог только догадываться, как несчастному пришлось побегать.

- Спасибо, это так мило, - легко улыбнувшись, протянул папа. Взял стакан, немного коснувшись кончиками пальцев руки охранника. Авиану показалось, что тот сейчас грохнется в обморок от переизбытка чувств, но, благо, он устоял на ногах. - Вин, выпей. Я что-то перехотел.

С этими словами Кристиан подвинул стакан к сыну, совершенно проигнорировав потрясенное выражение лица полицейского. Потом он поднялся, поцеловал Авиана в лоб и тихо прошептал:

- Как только дадут разрешение, я приеду снова. Держись. Ты у меня сильный. Я люблю тебя.

- И я люблю тебя, папа, - сглотнув ком, образовавшийся в горле, ответил Авиан. Иногда правила можно было нарушать, он знал, что в этот раз Кристиан не обидится на "папа".

URL
2017-03-26 в 19:07 

Mia_Levis
Стыд впал в спячку.
Глава 4


Авиан чувствовал себя глубоко несчастным. Каждый шаг до камеры давался с трудом, ноги, казалось, весили несколько тонн, а колени упрямо отказывались сгибаться. В итоге конвоир толкнул его в спину и прошипел несколько оскорблений. Пришлось ускориться, путаясь в собственных ногах. В присутствии Кристиана было легко забыться, сейчас же осознание того, где он находится, навалилось тяжким бременем. Мало того, теперь он еще волновался из-за папы, у которого могут быть неприятности. А все потому, что Авиан считал, будто статус беты снимает с него всю ответственность. Как бы не так! Может, семью ему и не было нужды создавать, но вот каких-либо льгот, выручающих из подобных ситуаций, он не имел. Авиан просто привык, что ему всегда везло, а мелкие проблемы, как то поцарапанная машина или драка, неохотно, но все же улаживал отец. И вот итог его безалаберности: он здесь, а Кристиан вынужден разгребать последствия пьяной выходки. Подавив тяжелый вздох, Авиан остановился. Охранник щелкнул наручниками, освобождая запястья, и открыл дверь камеры. В нос сразу ударил затхлый запах, свойственный крошечным помещениям. Но выхода не было, пришлось войти. Авиан бегло осмотрел камеру: Натаниэль привычно лежал на своей верхней койке, остальные же расположились за столом. Эльман и Хесс играли в карты, Далиан же просто сидел у Эльмана на коленях, ерзал и вылизывал ему шею. Иногда указывал на карты и что-то шептал, но больше отвлекал, видимо, потому что в итоге получил довольно-таки ощутимую затрещину. После этого Авиан уже не наблюдал. Внимания на него не обращали, а заговаривать первым он не имел никакого желания. Он как раз намеревался забраться на свою койку и немного поспать - голова жутко болела, - как его окликнул Хесс.

- Эй, новенький! Как там тебя? Авиан! А стирать кто будет? Не охренел ли ты, парень? Мы, кажется, все решили уже!

- Эмм... - неловко пробормотал Авиан, припоминая утренние советы Далиана. - Я помню. Я постираю. Полежу немного, а потом... - Карие глаза Хесса недобро сверкнули. Он ничего не говорил, но и взгляд был достаточно красноречив, чтобы пустить по коже Авиана россыпь нервных мурашек.

- Хесс, отвали от пацана! Что ты нудишь? Он все сделает, - вмешался Эльман, но Хесс лишь стиснул зубы и ничего не ответил. Он ни на мгновение не отводил взгляд от Авиана, и тому казалось, что в этих глазах виднеются обещания всех смертных казней, если он немедленно не послушается.

- Ничего. Я пойду сейчас, - в конце концов, прошептал Авиан. Как же ему хотелось в такие моменты быть альфой. Даже не самой сильной, нет. Самой обычной, среднестатистической альфой. И в таком случае он бы возмутился и не позволил бы Хессу командовать. Да, глупо, но это позволило бы сохранить гордость! И плевать, что его бы избили до полусмерти, зато он бы проявил характер. Но Авиан был бетой, а значит рисковал стать не просто куском окровавленного мяса, а общей подстилкой, которой будут часами накачивать сперму в рот и задницу, не беспокоясь о его собственных желаниях и потребностях. Этого Авиан не мог пережить. Слишком низко, примитивно, животно. А он был личностью. Наверное, даже больше, чем альфы и омеги, которые руководствовались инстинктами. Авиан же надеялся лишь на разум, подсказывающий ему, что роль общей шлюхи - не его.

- Вот и хорошо, - наконец-то произнес Хесс. - Одежда вон в том углу, - он указал на стул, где лежали вещи, а потом обратился к Далиану: - Проводи его и объясни все по пути.

- Окей, давай помогу донести, - Далиан ободряюще улыбнулся и сгреб часть одежды в охапку. Хесс тем временем постучал в дверь, подождал пока в окошке появится толстое лицо надсмотрщика и что-то прошептал, указывая на двух бет. Спустя секунду дверь открылась, и Авиан медленно вышел, стараясь не встречаться взглядом с Хессом. Он уже ненавидел этого напыщенного осла.

URL
2017-03-26 в 19:08 

Mia_Levis
Стыд впал в спячку.
***

- А где стиральные машины? - осмотрев прачечную, поинтересовался Авиан. Сейчас здесь никого не было, кроме их с Далианом и охранника, поэтому его голос звонким эхом отдавался от стен и высокого потолка. Надсмотрщик громко захохотал, уперевшись руками в ляжки. - Я сказал что-то смешное?

- Авиан, здесь стирают руками, - поспешил пояснить Далиан. - Вон миска, раковины, мыло. Все. Повесишь вон там. Только смотри, именно там! Не дай Господи чего-то не досчитаешься! - Авиан пытался уследить за пояснениями Далиана, но все равно растерянно замер, когда тот на пару с охранником ушли. Его же закрыли здесь, сказали постучать, когда закончит. Идиотские правила... Только сейчас Авиан понял, насколько здесь холодно. Изо рта вырывались белые облачка пара. Он зябко передернул плечами и потер замерзшие ладони. Согреться это не помогло, поэтому Авиан решил как можно скорее со всем справиться и вернуться в относительно теплую камеру.

Через два часа Авиан был готов перегрызть себе вены. Он не был неженкой, но и заниматься домашним хозяйством прежде не доводилось. Их семья была достаточно обеспеченной, чтобы иметь штат прислуги. А теперь он стоял на коленях перед миской с ледяной водой и пытался стереть следы спермы с чьих-то черных трусов. Пальцы отказывались слушаться, на ладонях вспухли огромные волдыри, которые жутко жгло щелочным мылом. Горячей воды здесь, видимо, не предвиделось, поэтому пятна выводились с трудом, Авиан стер руки до крови. В конце стирки ему хотелось просто расплакаться, словно омеге. Им-то не стыдно, они хрупкие и нежные, а Авиан не мог себе этого позволить. Поэтому он вновь и вновь тер одежду, даже пропустил обед, о котором уже давненько возвестил гулкий сигнал.

Еще через какое-то время дверь открыли, и в помещение вошли две беты с охапками вещей. Авиан окинул их быстрым взглядом и отвернулся - ничего примечательного. Он, конечно, слышал шепот за спиной и противное хихиканье, но никак не отреагировал. Право-слово, теперь он не мог стереть собственную кровь с белой майки, а учитывая размер, она наверняка принадлежала Хессу. И, естественно, это волновало его в разы сильнее, чем глупые сплетники, перемывающие ему кости.

- А мы тебя видели в столовой. Ты новенький, с Лианом в камере, да? - послышалось за спиной. Авиан стиснул зубы, с досадой смотря на новый алый мазок на белой ткани. Интересно, это теперь вообще реально отстирать? Он с запозданием понял, что так и не ответил, поэтому коротко кивнул и бросил рассеяное "да".

- И как? На "чернуху" отправили? - эти вопросы принадлежали уже другому бете. Голос был насмешливым, создавалось ощущение, что они специально нарываются на скандал или даже драку. Хотя Авиана это не удивляло - если бы его "пользовали" все, кому не лень, он бы тоже не упускал возможности пнуть слабого и выместить на нем обиду и злость. Но быть слабейшим Авиан не планировал. Настолько уронить достоинство семьи, чтобы играть по правилам каких-то неудачливых проституток, он не мог себе позволить. Не мог подвести Кристиана, верящего в него.

- Как и вас, насколько я вижу, - пожав плечом, произнес Авиан. Оборачиваться он не хотел, слишком много чести. Он, конечно, был совсем тщедушным и явно проиграл бы любую драку, но что для восемнадцатилетнего мальчишки угроза быть избитым, когда задевают гордость? Он не мог ответить Хессу и другим альфам, но здесь не собирался преклоняться. Не тот случай, не те люди. Они не посмеют его насиловать. Не имеют права по статусу.

- Ты, сученыш, не умничай больно, ясно? - Авиан услышал тяжелые шаги и шумное дыхание. Хотелось вскочить - сидеть на корточках и спиной к возможному противнику было не комфортно. Но и проявлять трусость нельзя, поэтому он, как ни в чем не бывало, продолжил стирку. - Ты, блядь, слышишь меня?

Авиан не успел ничего ответить. Пряди на затылке обхватили цепкими пальцами, голову больно дернули вверх, а потом так же резко наклонили вниз. Благо, миска, стоящая впереди, спасла лицо Авиана от "встречи" с полом, но он все равно ощутимо ударился переносицей о металлический край. Как-то отдаленно еще почувствовал, как полилась кровь, заливая губы и попадая в рот, а потом уже не соображал ничего. Он ударил нападавшего локтем в живот, тот жалобно закряхтел и согнулся пополам, чем Авиан воспользовался, повалив его на пол. Мыльная вода разлилась, миска жалобно зазвенела, перевернувшись, но было уже плевать: все внимание переключилось на хаотичные удары, которыми Авиан пытался справиться с более крупным противником. Впрочем, долго их катание по полу не продолжалось: в помещение вбежал охранник, что-то громко прокричал, несколько раз ударил дубинкой по ребрам, и этого хватило, чтобы бета медленно поднялся. Он злобно посмотрел на Авиана, но, конечно же, ничего не сказал.

- Брайан, ты опять выебываешься? А ну-ка пошли! - Авиан наблюдал, как охранник подтолкнул бету к выходу. Его товарищ, до этого молча стоявший у двери, засеменил следом. Авиану же ничего не сказали, видимо, этот Брайан и правда был на плохом счету, иначе вряд ли бы удалось избежать наказания за драку. Дверь не закрыли - возле порога стоял еще один конвоир. Авиан стер кровь с лица, потер саднящие ребра, и только потом поднял майку, которую так и не достирал. Теперь в этом не было смысла - она напоминала половую тряпку. В холодной воде привести ее в нормальный вид было нереально. Авиан тяжело вздохнул - проблемы на сегодняшний день явно не окончены.

***

В камере было шумно. Эльман что-то рассказывал, яростно жестикулируя. Хесс и Далиан смеялись, Натаниэль молча курил, смотря в окно. На Авиана они не обратили внимания, поэтому тот, стараясь не шуметь, подошел к кровати. Вот только бы забраться на свою койку! А там уже можно будет накрыть избитое лицо одеялом и сделать вид, что он заснул. После всего пережитого Авиана тошнило, пустой желудок скручивало спазмами, а голова трещала, словно по ней ударили отбойным молотком.

- Новенький, - все, Авиан был уверен, что сейчас расплачется. Хесс не давал ему и минуты покоя. Что теперь? Помыть унитаз?

- Что?

- Постирал?

- Да. Оставил сушиться там, где показал Далиан. Позже заберу, - Авиан так и стоял спиной, сжав пальцы на деревянной перекладине своей койки.

- Тебя не учили, что стоять жопой, когда с тобой говорят, неприлично? - Хесс разозлился, в голосе послышались металлические нотки. Авиан не удивился - он уже понял, что у этого человека очень быстро меняется настроение. В таких случаях ни Эльман, ни тем более Натаниэль, не могли помочь. - Чему только учил тебя твой папаша?

- Вы ничего не знаете о моей семье. Вы не имеете права судить! - Авиан не успел сдержать слова, импульсивно сорвавшиеся с языка. Он и не хотел сдерживать. Лучше умереть, чем молчать, когда оскорбляют Кристиана. Каждый из этих заносчивых альф ползал бы в ногах его папы. Это сейчас они такие умные, а на деле истекали слюной при виде омеги.

- Ты что сказал, парень? - Авиан и не заметил, как Хесс подошел. Голос раздался просто над ухом, едва удалось сдержать постыдный вскрик.

- Вы слышали. Не смейте в чем-то упрекать моего папу, - Авиан зажмурился в ожидании удара. Усталость и боль накатывали волнами, поэтому он даже хотел, чтобы Хесс наконец-то выместил ярость и позволил ему либо зализать раны на своей койке, либо просто упасть в обморок и ничего не ощущать. Но шли секунды, и ничего не происходило. Авиана так и подмывало обернуться и взглянуть, почему это Хесс молчит, но не хотелось, чтобы кто-то сейчас видел его опухшее лицо. Впрочем, особого выбора у него не оказалось. Хесс сам сжал его щеки пальцами, вынуждая обернуться. Несколько мгновений просто рассматривал синяк на скуле и кровоточащую ссадину на переносице, а потом устало вздохнул и пробормотал:

- Так и знал, что с тобой будут проблемы. Кто?

- Что "кто"? - переспросил Авиан, хотя и понял суть вопроса. Доносить он не планировал, еще этого не хватало.

- Ты долго будешь придуриваться? Кто раскрасил тебе лицо? - Хесс наконец-то отстранился, хотя и продолжал прожигать Авиана пристальным взглядом.

- Я не знаю имени.

- Ладно, покажешь в столовой, - Хесс махнул рукой и уже хотел вернуться к столу, когда услышал короткое "нет", произнесенное Авианом тихо, но вместе с тем достаточно твердо. - Нет?

- Вы правильно услышали. Я никого не буду показывать. Я справлюсь сам, - на эти слова Хесс ничего не ответил. Авиан ожидал, что он хмыкнет или вообще захохочет, услышав что-то настолько самоуверенное из уст хилого новичка. Но тот пожал плечами и произнес:

- Как знаешь. Если что, обращайся. В конце концов, ты теперь моя головная боль. Если что-то случится, то и с меня спросят, так что смотри мне, пацан, сильно не геройствуй! А теперь можешь отдохнуть до ужина.

- Хесс, - имя жглось на языке, и каждая клеточка тела вопила, чтобы Авиан отложил все признания на потом, но он упрямо откинул черные пряди со лба и на одном выдохе выпалил: - Так получилось, что одна вещь... Короче, я не смог ее выстирать. Для этого нужна горячая вода.

- Придурок ты малолетний, - как-то обреченно пробормотал Хесс. Больше он ничего не добавил, и Авиан поспешил забраться на свою койку и свернуться в клубочек. Он все больше осознавал, что в этом месте необходимо уметь пользоваться моментом. Наверное, поэтому провалился в сон уже через минуту.

URL
2017-03-26 в 19:09 

Mia_Levis
Стыд впал в спячку.
***

- Ты молодец. Хесс тобой доволен, - за ужином заметил Далиан, глотая прохладный чай.

- С чего бы это? - Авиан недоуменно приподнял бровь и покосился на столы, стоящие на другой стороне столовой. Хесс и правда его не задирал, даже милостиво разбудил на ужин. Но расценивать это как одобрение было поспешным.

- Ты не стал стучать на того, с кем подрался, - пояснил Далиан и улыбнулся: - А вообще не обольщайся. У него часто меняется настроение, никогда не знаешь, что взбредет в голову.

- Ясно.

- Устал, да? - заметив, как Авиан потер кулаком глаза, поинтересовался Далиан.

- Да нет, просто непривычно. Вроде спал, а все равно хочу.

- Сегодня я с Хессом. Меньше будем мешать, а потом привыкнешь и так засыпать, - абсолютно спокойно заметил Далиан. Авиан едва не подавился. Вот так просто рассуждать о "ночной" работе? Как же ему не противно? Видимо, он покраснел, потому что Далиан снисходительно хмыкнул, но, к счастью, сменил тему.

В камере Авиан уже намеревался забраться к себе, но Эльман дернул его за запястье, заставляя сесть рядом с ним.

- Куда ты вечно прячешься, мелкий? Уже сутки здесь, а до сих пор ничего не рассказал. Посиди, поболтай со мной, - Авиан с опаской покосился на сильные руки Эльмана, взглянул в его хитрые зеленые глаза, но все же не нашел повода отказать. Им еще не один день существовать вместе, а значит неплохо было бы наладить контакт. Из альф именно Эльман казался наиболее вменяемым, да и Далиан вроде бы так считал. За разговором прошел почти час. Хотя это мало напоминало диалог: Эльман спрашивал о семье, учебе, друзьях, развлечениях, омегах, а Авиан терпеливо и, насколько мог, красочно отвечал. На вопрос за что сидит, Авиан отшутился. Почему-то интуитивно ощущал, что не стоит говорить в компании трех альф о наезде на омегу. Ведь защищать их - основной инстинкт альф. Могли возникнуть дополнительные проблемы, а Авиану этого не хотелось.

Наверное, Эльман бы еще долго засыпал его вопросами, если бы не сцена, которая начала разыгрываться как раз напротив - на койке Хесса. Далиан быстро избавлялся от одежды, небрежно скидывая ее в изголовье.

- Я пойду, - смущенно пробормотал Авиан, отводя взгляд. Он уже успел подняться, но не тут-то было - Эльман сжал ладони на его талии и потянул назад. Авиан сел как раз между его разведенных ног, ощутил, как к заднице прижимается огромный член и едва не заорал в ужасе. Нет, нет, нет! Они же договорились! Видимо, его паника была слишком ощутимой, потому что Эльман легко погладил ему живот и тихо пробормотал в самое ухо:

- Я не собираюсь тебя насиловать, дурень. Просто посмотрим.

- Что? - потрясенно переспросил Авиан, стараясь не наблюдать за Хессом. Это оказалось сложно: обнаженный торс так и привлекал внимание своей нереальной мощью. - Я не хочу!

- Целка, что ли? - со смешком поинтересовался Эльман, а потом тяжело вздохнул: - Я что, угадал? Охренеть просто.

- Отпусти! Я хочу спать! - сердито прошипел Авиан. Обсуждать свою сексуальную жизнь он не планировал. Он заслужил это право, когда согласился отшкрябывать сперму с чужого белья.

- Ладно-ладно. Передумаешь, спускайся! - Эльман рассмеялся и разжал ладони. Авиан еще никогда так быстро не залазил к себе, как в тот раз. Он отвернулся к стене, сжал руку в кулак и начал водить им по шероховатой стене. Костяшки содрались до крови, царапины жутко жгло, но Авиан все продолжал раздирать кожу. По щекам текли слезы, и он убеждал себя, что это из-за физической боли, а не потому, что он ощущал себя потерянным, несчастным ребенком. Сил уже не было. Это были первые сутки Авиана в тюрьме.

URL
2017-03-26 в 19:10 

Mia_Levis
Стыд впал в спячку.
Глава 6


Авиан проснулся рано. Тело после сна на жесткой койке жутко ныло и казалось деревянным. Хотелось встать и размяться немного, но, окинув взглядом камеру и убедившись, что все спят, Авиан решил повременить. Не хватало еще разбудить кого-то. Поэтому он так и лежал, смотря на клочок серого неба - все, что было видно в крошечном окошке. Дома окна в комнате Авиана выходили на восток, даже дождливыми утрами в ней было достаточно светло и тепло. Окошко же в камере было на северную сторону - в щели задувал холодный ветер и даже редкий солнечный свет казался тусклым. В этом тоже был своеобразный символизм - в жизни Авиана изменилось все, даже привычных мелочей не осталось.

Тяжелые мысли лениво сменяли одна другую. Волнение за судьбу Кристиана и свою собственную, страх перед очередным днем в тюрьме, опасения, испытываемые перед альфами - все это сплеталось в причудливый клубок тревог. Авиан не видел выхода: с одной стороны ему отчаянно хотелось, чтобы папа забрал его отсюда, и жизнь стала прежней, а с другой - понимал, что как раньше уже ничего не будет. Все равно его пьяная выходка приведет к последствиям, весь вопрос состоял в том, будет ли Авиан расплачиваться сам, либо потянет в пропасть и Кристиана. Сейчас ему казалось, что вчера стоило настоять, убедить, что он справится, и нет необходимости рисковать благополучной жизнью. Авиан решил, что во время следующего визита папы хотя бы попробует переубедить его. Пришла пора отвечать за свои поступки, как бы сложно ни было.

- Авиан, не спишь уже? - тихий вопрос Далиана оторвал от размышлений.

- Нет, - так же тихо ответил Авиан, аккуратно спускаясь вниз. - Ты сегодня рано.

- Ага, потом посплю, - Далиан потянулся, потер затылок, а потом кивнул в сторону столика, примостившегося у стены: - Пойдем, посидим. А то еще разбудим, тогда точно по голове получим. Как спалось сегодня?

- Эмм... Лучше, - Авиан опустил взгляд на деревянную поверхность и больше ничего не добавил. Что ему сказать? Что все хреново и конца-края этому ужасу не видно? Не стоило говорить очевидного.

- Послушай, я понимаю, что тебе несладко. Но ты еще ничего не видел, не осознаешь, что Хесс нормальный мужик. Вчера ты заслужил его одобрение, а теперь, парень, не просри появившиеся возможности. Он может защитить тебя, а тебе это пригодится, как бы ты не отрицал этого. Видел я, таких как ты мальчишек. Гордость одна, а потом вешаются, когда жопу в хлам разъебут. Тут не живут, тут выживают. Слушай. Слушайся. Наблюдай. У тебя не будет второй попытки, в эту атмосферу нужно вливаться сразу, иначе потом уже будет поздно, - Далиан склонился ниже, почти касаясь своим носом носа Авиана. Тот еще не слышал подобных выражений из уст беты, тот казался ему беззаботным и веселым, поэтому Авиан лишь сглотнул, впервые задавшись вопросом, сколько Далиану лет. Выглядел он не старше двадцати пяти, но, в конце концов, впечатление могло быть обманчивым.

- Зачем ты мне это говоришь? - немного отстраняясь и складывая руки на груди, поинтересовался Авиан.

- А почему нет? Ты мне не враг, я не желаю тебе плохого. Кроме того, ты же стираешь, в моих интересах, чтобы с тобой все было нормально, - последнюю фразу Далиан произнес уже своим привычным тоном, подмигнул и улыбнулся. Он снова казался смазливой пустышкой, но теперь-то Авиан точно знал, что внешний вид не всегда отражает внутреннюю суть.

***

Завтрак прошел без происшествий. Разве что Брайан зло поглядывал и провел пальцем по горлу, но Авиан лишь усмехнулся. Еще не хватало волноваться из-за приемов из дешевых боевиков. Он, конечно, помнил наставления Далиана, но в этом случае был уверен, что обойдется без вмешательства Хесса. Переведя взгляд на столы альф, Авиан отметил, что Натаниэль о чем-то разговаривает с Эльманом.

- Лиан, - тихо позвал Авиан.

- Ммм?

- Я ни разу не слышал голос Натаниэля. Он вообще такой странный.

- Да псих он натуральный, - задумчиво протянул Далиан. - Я когда-то пошутил касательно омег, так он мне нос разбил. Если бы не Эльман, то, наверное, убил бы. Да и трахаться с ним сплошная мука. Тихоня-тихоня, а после него ноги не сведешь. К счастью, он редко меня зовет.

- Ясно... - на самом деле ничего ясно не было, но Авиан решил, что дальнейшие расспросы бессмысленны. Ему и так с головой хватало непредсказуемого Хесса и гиперактивного Эльмана. Стоило поблагодарить Бога, что хотя бы один из альф не находит ни времени, ни желания цепляться к нему. Но кое-что Авиан все-таки понял: говорить о наезде на омегу нельзя. Раз простая шутка стоила Далиану разбитого носа, можно было только предположить, как Натаниэль отреагирует на подобное. - Надо вещи забрать. У кого мне нужно попросить, чтобы меня отвели в прачечную? - Авиан сменил тему разговора и наконец-то отвернулся от столов альф.

- Во-первых, только кто-то из альф может попросить отвести тебя. Это же все делается по расписанию, а во внеурочное время только по просьбе. У нас в камере обычно этим занимается Хесс. Так что тебе сначала к нему. А, во-вторых, сейчас все равно прогулка. Потом заберешь, - ответил Далиан, а спустя мгновение охрана и правда начала всех поднимать, вынуждая выстроиться в ровные шеренги.

Вчера Авиан как раз находился на свидании с Кристианом, поэтому он настороженно осматривался по сторонам, пока всех заключенных вели по длинным коридорам. Впереди шли альфы - они громко кричали, смеялись и матерились. Беты же вели себя значительно тише, лишь перешептывались, склоняясь друг к другу, и иногда хихикали. Различие в поведении бросалось в глаза, сразу определяло статус, который в закрытом учреждении многократно усиливался. Если на воле беты хоть и не были сколько-нибудь ценны, но там они хотя бы могли рассчитывать на закон, защищающий их. Здесь же тоже были законы, но они были совершенно иные. Здесь альфа - Бог, решающий все, имеющий право на льготы и уступки, а роль беты заключалась либо в выполнении грязной работы, либо сводилась к должности общей проститутки. Других вариантов не было и именно это угнетало сильнее всего, заставляло Авиана чувствовать свою ущербность.

- Быстрее давай! - рыжеволосый бета, идущий сзади, прикрикнул на Авиана и тот прогнал навязчивые мысли, ускорив шаг. Вскоре он прошел через тяжелую металлическую дверь и оказался на улице. Альфы уже заняли места за столами и возле металлических турников, Авиан же пошел в противоположную сторону, встал возле каменной стены и запрокинул голову вверх. Небо было серым, облака висели совсем низко. Казалось, что можно коснуться их пальцами, если подпрыгнуть. Впрочем, ощущение свободы длилось недолго. Это все равно была каменная клетка, просто под открытым небом. Здесь так же стены были "украшены" колючей проволокой, а воздух пропитан запахом дешевого табака и пота. Это была тюрьма, и серое небо над головой не могло заставить забыть об этом.

- Привет, сученыш, - раздалось над ухом. Авиан медленно повернулся, чтобы встретиться взглядом с Брайаном. Сейчас, рассмотрев его пристальнее, он заметил, что тому уже за тридцать. Выглядел Брайан неряшливо даже для тюрьмы: на коричневой рубахе виднелись темные жирные пятна, да и жидкая бородка явно была оставлена не для красоты, а лишь потому, что лень сбривать.

- Отъебись, - коротко бросил Авиан, а потом не удержался и все же добавил: - Ты же не хочешь, чтобы вчерашняя ситуация повторилась. Не думаю, что тебя погладили по головке.

- Не всегда тебе придут на помощь. Не всегда, - проскрежетал Брайан, но все же отошел. Авиан едва сдержался, чтобы не показать ему фак в спину, но решил, что это уж чересчур по-детски. Поэтому он лишь улыбнулся, посчитав, что этот раунд выиграл. Но улыбка быстро угасла, когда он увидел взгляд Далиана: в нем было тоскливое осуждение и, кажется, даже разочарование.

URL
2017-03-26 в 19:10 

Mia_Levis
Стыд впал в спячку.
***

- Нет, плохо. Ты, блядь, что тут делаешь уже второй час? Или тебя нужно мордой туда впихнуть, чтобы ты наконец-то все нормально вымыл? Белоручка сраная! - Хесс был не в духе. И это было мягко сказано. Он уже успел ударить Далиана, поссорился с Эльманом и, в конце концов, решил вымещать плохое настроение на Авиане. Сейчас, Хесс стоял за спиной и кричал так, что волосы на затылке становились дыбом. Авиан ощущал, как мелко дрожат руки и от обиды слезятся глаза. Мыть унитаз само по себе было занятием не слишком повышающим самооценку, а постоянные крики и оскорбления Хесса только усложняли дело. Кроме того, каменный закуток, в котором и размещался своеобразный туалет, был сам по себе жутко тесным, Авиан то и дело сбивал локти о стену, а когда еще и альфа втискивался туда, то создавалось ощущение западни, из которой нет выхода.

Самое странное, что настроение Хесса было вполне миролюбивым и утром, и даже тогда, когда Авиан вручил ему измазанную кровью майку, он лишь досадливо хмыкнул. Потом же к нему кто-то пришел, его увели, а когда через час он вернулся, то устроил в камере Апокалипсис локального масштаба. Что могло случиться на этой встрече, было сложно предположить, да и не меняло это ничего.

- Я помыл, - спустя полчаса тихо пробормотал Авиан. Он и правда сделал все что мог, снова расцарапал едва затянувшиеся ссадины и теперь кое-как пытался остановить кровь, прижав ладони к коричневым брюкам.

- Помыл? Ты, ублюдок малолетний, все собираешься так долго делать? Я тебя спрашиваю! - Хесс подошел совсем близко, встряхнул Авиана за плечо. Тот прикусил губу, осознавая, что сейчас разрыдается. Нет, Далиан был неправ, когда говорил, что Хесс нормальный. Он тоже был чокнутым и пугал Авиана переменами своего настроения. - Ты что ныть собрался? Тут папочки нет, чтобы сопли подтирать! Ты посмотри, неженку какую к нам привели! Губы у него дрожат! А вчера выделывался, сопляк несчастный! Ты же, блядь, говорил, что сам справишься! Так справляйся! Давай! Дай отпор! - Хесс так сильно сжал пальцы на плече, что Авиану почудилось, будто ключица треснула. Что сказать, он не знал, не мог связать и нескольких слов, поэтому просто смотрел в злые карие глаза и думал, что это несправедливо. Он ничего не сделал. Он не заслужил подобного отношения.

- Хватит, Хесс! Хватит! Ты ему кости поломаешь! - голос Эльмана показался Авиану спасительным. Господи, пусть они подерутся. Эльман сильный, он сможет дать отпор, а Авиан ощущал, что еще мгновение, и он просто упадет в обморок. За что же ему это?

- Не лезь, Эл! Я тебя еще забыл спросить! Или ты трахнуть его хочешь, поэтому печешься, а?

- Слушай, Хесс... - Эльман уже повысил голос, воздух в камере стал горячим и тяжелым, как перед бурей. Наверное, потасовки было бы не избежать, если бы не вмешался Натаниэль. Он, кстати, до этого сидел за столом - прямой, словно палку проглотил - и читал книгу с таким видом, словно был не в тюрьме, а в главной городской библиотеке. За все время ссоры он ни разу не поднял взгляд, но когда обстановка накалилась до предела спокойно произнес:

- Хесс, отпусти ребенка. Взрослый мужик, а злость на малолетке срываешь. Он помыл, все довольны. Хватит, - Авиан даже на мгновение забыл о боли в сжатом плече. Натаниэль заступился за него? У него был приятный голос - спокойный и уверенный, как у любимого профессора Авиана. Было легко представить Нейта перед многочисленной аудиторией, ведь он умел привлекать внимание, даже не повышая голоса. Впрочем, Натаниэль сразу же вернулся к чтению, но эффект его речь возымела: Хесс сплюнул, но все же разжал пальцы, подошел к двери и несколько раз сильно ударил по ней кулаком. Еще через минуту конвоир куда-то увел его.

- Садись, мелкий, - Эльман сел за стол и похлопал по лавочке возле себя. Авиан послушно опустился на указанное место и даже принял зажженную сигарету, сделал несколько затяжек. Его все еще колотило, Нейт сидел как раз напротив, и Авиан не знал, стоит ли его благодарить за какую-никакую, но все же помощь. Впрочем, Эльман вновь заговорил, и возможность была утеряна. - Не бери в голову. Он всегда такой после свиданий. Хрен его знает, кто именно приезжает, но ничего хорошего это никогда не сулит.

- Эльман, мы не на рынке. Давай без сплетен, - не отрываясь от книги, проворчал Натаниэль.

- Ты зануда, Нейт, - протянул Эльман. - Чем тут еще заниматься, как не сплетнями? Разве что... - не договорив, он погладил Авиана по колену. Тот нервно дернулся, и отодвинулся на самый край лавочки.

- Не нужно, - прошептал он. Неужели не понятно, что ему и так плохо?

- Брось, малыш! Это же тюрьма! Рано или поздно тебя все равно распечатают, так лучше, если это будет кто-то знакомый, а не в общей душевой, например, - Эльман подмигнул, Авиан же тяжело сглотнул. Завтра и правда так называемый "чистый четверг", краем уха Авиан слышал, как развлекаются альфы в такие дни. А свежатину особенно любят, даже таких обыкновенных внешне, как Авиан. Но и соглашаться на предложение Эльмана он не хотел. Он ведь принял их условия, но почему же тогда у него постоянно создавалось впечатление, что это временно? Наверное, Кристиан был прав, когда говорил, что лишь "пока" Авиана не трогают.

- Эльман, у тебя постоянно сперма в голове. Тебя это не утомляет? - флегматично поинтересовался Натаниэль и, не дожидаясь ответа, добавил: - Он тебя обманывает, парень. Попроси Хесса. Если он запретит, тебя никто не тронет.

Больше Натаниэль ничего не сказал. Эльман отошел к Далиану, решив, что там будет в разы проще добиться расположения, а вот Авиан перевел взгляд на окно и задумался. Попросить Хесса защитить его? Миссия казалась невыполнимой.

Хесс вернулся поздно вечером. Вот что значит влиятельная альфа - шастай сколько угодно. Авиан уже лежал на своей койке и в сотый раз проговаривал речь, которую намеревался произнести. Впрочем, пока он собирался с духом, Хесс успел раздеться до белья и нырнуть под одеяло. Момент был упущен.

URL
2017-03-26 в 19:12 

Mia_Levis
Стыд впал в спячку.
Глава 7


Авиан закрывал лицо руками, пытаясь укрыться от порывов колючего ветра. Глаза все равно слезились, и мокрые потеки на щеках неприятно стягивали кожу, застывали солеными каплями в уголках рта. Авиану хотелось остановиться, сил идти больше не было, но тело, казалось, жило своей жизнью, вынуждая медленно ступать вперед. Впереди было что-то важное. Авиан не знал, что это, но остановиться не мог, даже когда начал проваливаться по колено в рыхлый, мокрый снег. Шаг. Еще один. И еще. Кровь начала шуметь в ушах, перед глазами мутнеть, а во рту неприятно жечь, но Авиан все рвался вперед, в ту даль, где сосредоточивалась метель. Там была цель его поисков, он знал. Ему необходимо было добраться туда как можно скорее, иначе будет поздно, и он так и останется заледеневшей черной плотью на белом снежном полотне.

Было чувство, что прошли часы. Вязкое однообразие, наполненное лишь тяжелыми шагами на грани физических возможностей. А снега все больше, и ветер все больнее ранит кожу, как будто вспарывает ее, проникает ледяными потоками в вены, стынет острыми кристаллами в сердце. А потом Авиан плакал, хватал снег в пригоршни и тонул в нем все глубже и глубже. Ноги немели, не слушались, вязли. И, в конце концов, он остановился, открыл рот в безмолвном крике. Но мольбы о помощи не помогали, вскоре все вокруг стало белым-бело, и Авиан осознавал, что и его самого больше нет. Он не смог добраться до места назначения, он проиграл.

Сон прервался в одно мгновение. Авиан просто открыл глаза, как будто и не засыпал. Естественно, никакого снега не было, лишь темнота, немного разбавленная лунным светом из окошка. Правда щеки оказались мокрыми, Авиан поспешил стереть слезы. Нужно держать себя в руках, нужно быть сильным. Ради Кристиана. Ради себя самого, в конце концов. Уговоры мало действовали, Авиан всегда был реалистом. Вряд ли тешить себя иллюзиями - верный выход. Как говорил Далиан, здесь надо выживать. Если бы еще знать, как выжить и не потерять гордость. Если бы знать...

Уснуть так и не удалось. То ли мешало сопение с соседних коек, то ли сам Авиан был слишком взвинчен, но в итоге он несколько часов невидящим взглядом смотрел в вырезанное в каменной кладке окошко. Где-то там, на воле, медленно зарождался новый день. За толстыми стенами тюрьмы каждый день - новое начало, несущее множество возможностей. Здесь же разница не ощущалась, а время тянулось, словно струйка густого меда. Однообразно, медленно, тоскливо. И ни единого просвета в этом сером существовании Авиан не видел.

***

- Хесс... - Авиан сглотнул. Чтобы произнести одно-единственное имя потребовались титанические усилия, и как договорить все, что хотелось, до конца Авиан просто не представлял. Впрочем, выбора у него не было. Поэтому он приподнял подбородок, взглянул просто в темные глаза Хесса, который не облегчал ему задачу, а просто выжидающе смотрел, и пробормотал: - Я хотел попросить вас. Сегодня же четверг и...

- И? - насмешливо поинтересовался Хесс, когда пауза затянулась. Где-то в груди остро кольнуло желание послать его нахрен, не позволять смеяться над собой. Так бы поступил Кристиан, но папа был омегой, у него был статус неприкосновенности, а у Авиана не было ничего. Лишь жалкая гордость, которая здесь только мешала.

- И все идут в душевые, насколько я знаю. Я хотел бы попросить вас сказать, чтобы... - Авиан судорожно сглотнул. В камере установилась гнетущая тишина, все слушали, что именно он скажет. Это было унизительно, даже голос отказывался повиноваться, складывать звуки в связные фразы. Правда, отступать было поздно. Авиан сжал кулаки и на едином выдохе выпалил: - Чтобы меня никто не трогал там. Я знаю, что вас послушают.

- Хм, парень, ты не обнаглел? - спустя несколько мучительно-долгих мгновений спросил Хесс. Он поднялся со своей койки, подошел вплотную и, обхватив Авиана за подбородок, вынудил того взглянуть ему в глаза. Разница в росте была существенной, Авиану даже пришлось встать на носочки, так сильно натянулась кожа на шее. Сглатывать слюну стало больно, но он все же не отводил взгляд. Не простил бы себе этого. - Одно дело камера, здесь тебя не будут трогать, пока ты знаешь свое место. Но защищать тебя перед всеми... Скажи мне, мальчишка, какая мне с этого выгода?

- Я не знаю, - пробормотал Авиан. Ну, правда, что еще он мог, кроме тех услуг, которые уже оказывал? Естественно, был еще вариант, но Авиан скорее откусил бы себе язык, чем предложил бы в качестве расплаты собственное тело. Какая тогда разница, будут трахать его только в камере или все подряд? Хотя, наверное, чисто физически различия были, но вот морально и тот, и тот вариант были в равной степени отвратительны.

- И я не знаю, парень, - Хесс хмыкнул и наконец-то отпустил подбородок Авиана. Больше он ничего не сказал, а еще через минуту сигнал возвестил о завтраке. Альфы вышли первыми, Далиан лишь успокаивающе потрепал его по щеке, но тоже промолчал. День для Авиана уже не предвещал ничего хорошего.

URL
2017-03-26 в 19:14 

Mia_Levis
Стыд впал в спячку.
***

В этот раз время пролетело очень быстро. Возможно, потому, что Авиан так сильно желал оттянуть посещение душевых или из-за того, что все время после завтрака провел, отмывая треснувшую ржавую раковину. В итоге, когда дверь открылась, и конвоир приказал строиться, Авиан только испуганно вздрогнул. Он обхватил себя руками за плечи, замялся на пороге и тихо прошептал охраннику:

- Извините, а можно мне не ходить?

- Не ходить? - водянистые глаза беты-конвоира потрясенно распахнулись, и он, как назло, громогласно прокричал: - Блядь, ты мне тут поговори! Вши от вас так и прыгают! Дерьмом заросли, еще и мыться не загонишь! Пошел! - охранник стукнул Авиана дубинкой по спине, подгоняя. Ничего не оставалось, как пойти вперед, пряча взгляд от Хесса, Эльмана и Далиана, которые наблюдали за разыгравшейся сценой. Натаниэль же даже не обернулся. И Авиан был благодарен ему за равнодушие, ведь он, по крайней мере, ничего не требовал, просто игнорировал.

- Не нервничай, все хорошо будет, - Далиан легко сжал Авиану ладонь, но ощущалось, что он и сам не особо в это верил. Еще за завтраком он пояснил, что кроме Хесса помочь никто не может: Эльман слишком молод и недостаточно авторитетен, а вот Натаниэль мог бы, но, конечно, делать этого не будет. Он придерживался принципа "моя хата с краю" и, видимо, его полностью это устраивало.

Всю дорогу Авиан испуганно озирался по сторонам и сжимал кулаки так, что коротко остриженные ногти оставляли на коже розовые полукружия. Альфы, шагающие впереди, были сейчас особо возбуждены, похабные шуточки и звонкий хохот не прекращались. Некоторые беты тоже были странно веселы - с шальными глазами, они вырывались вперед и нервно теребили брюки, как будто не могли дождаться, когда их поставят раком и начнут ебать все желающие. Авиан недоуменно нахмурился и, склонившись к Далиану, прошептал:

- Такое чувство, что некоторые дождаться не могут, когда их... - договорить не хватило духу.

- Есть и такие. Кое-кто просто прожженные бляди, им нравится на виду, они и сами предлагают себя. Но большинство загоняются, им без разницы.

- Наркотики? - потрясенно выдохнул Авиан. Он часто замечал, что некоторые беты ведут себя как заторможенные идиоты, но не придавал значения.

- Авиан, ты как маленький, ей-богу, - устало пробормотал Далиан. - Конечно, здесь это обычное дело. Но у нас Хесс не одобряет, так что даже не думай.

- Я и не собирался, - обиженно проворчал Авиан. Одно дело напиваться, чем он частенько грешил на воле, и совсем другое сидеть на наркоте. Толпа наконец-то остановилась перед массивными двойными дверями, но пока конвоиры впускали альф, Авиан успел спросить: - Слушай, так зачем им такие, как я, если некоторые и сами не против?

- На самом деле, чем больше сопротивляются, тем интереснее, - неохотно ответил Далиан. Пугать не хотелось, но и врать не имело смысла.

- А ты? - шепотом спросил Авиан.

- Я под Хессом. Меня не трогают, - тихо ответил Далиан и поспешил добавить, заметив, каким обреченным стало выражение лица Авиана: - Не боись! Хесс не сказал категоричное "нет" на твою просьбу. Прорвемся!

Ответить уже не удалось. Они подошли к входу, пришлось войти в темную комнатушку, где необходимо было раздеться. Авиан старательно отводил взгляд, чтобы не видеть обнаженных тел других бет. Альфы уже зашли в душевые, из-под двери проникал густой белый пар, заволакивая и без того душное помещение. Мгновенно вспотели ладони и взмокли пряди на затылке, пуговицы на рубашке не удавалось расстегнуть непослушными пальцами, а взгляд заволакивало то ли слезами, то ли просто голова так сильно кружилась - Авиан не знал. Как раз напротив стоял рыжеволосый и конопатый мальчишка - по виду совсем еще дитя. Удалось сфокусировать взгляд на нем, отметить нервно прикушенную губу, дрожащие руки и частое трепыхание длинных, словно кукольных, ресниц. Наверняка, и для этого парнишки это был первый "чистый четверг", и его истерический страх немного отрезвил Авиана почему-то. Возможно, потому, что мальчик, хоть и не мог быть младше самого Авиана, но так сильно напоминал ему Антуана - младшего брата-омежку. Нельзя было пугать его, даже удалось растянуть губы в вымученной улыбке и получить такую же в ответ. Хотелось сказать что-то наподобие "все будет хорошо", но это было такой откровенной ложью, что даже подташнивать начало, а язык просто-напросто отказался шевелиться.

- Быстрее, Авиан, давай, - Далиан рывком развернул его к себе, ловко стянул рубашку с худых плеч, бросил ее на одну из стоящих у стен лавочек и принялся за пуговицу на брюках.

- Не надо! - Авиан дернулся, почувствовал, как расползаются алые пятна по лицу. Далиан был уже голым, стоять так близко было стыдно.

- Уймись! - прикрикнул тот. - Нужен мне твой зад больно! Сейчас по ребрам получим, ты долго возишься, на нас уже косятся, - пояснил Далиан, сдергивая брюки вместе с трусами. Авиан сглотнул и зажмурился. Он, конечно, понимал, что стыдиться, по сути, нечего, но это был его первый опыт посещения общественных душевых. Упорное чувство, что на него направлены взгляды всех охранников и бет не проходило. Даже в камере он переодевался в закутке, а здесь не спрячешься. - Идем, - когда все вещи были отброшены, Далиан подхватил его под локоть и потащил к белым дверям. Авиан еще бросил последний взгляд на нервно жмущегося к стене рыжеволосого паренька, а потом захлебнулся в собственных чувствах. Наверное, именно так идут на эшафот, когда каждый шаг длиною в вечность, а звуки и краски становятся особенно яркими, причиняют боль. Авиану оставалось лишь молиться и верить. До последнего верить в чудо.

URL
2017-03-26 в 19:15 

Mia_Levis
Стыд впал в спячку.
***

- Суче-е-еныш, - протяжно раздалось над ухом. Авиан дернулся и выронил крошечный кусочек мыла. Прошло десять минут, за это время его никто не трогал, он стал под самый крайний душ, по соседству с престарелым бетой и постарался спрятаться за его спиной. Пока удавалось, альфы трахались, вся комната была наполнена острыми запахами примитивной ебли, забиваясь в нос, вызывала рвотные позывы. Даже хлорированная вода и щелочное мыло не перебивали эти острые запахи возбужденных альф. Впрочем, Авиан всегда чутко различал ароматы, это была одна из особенностей свойственных ему, несмотря на статус беты. Но, обернувшись, он понял, что старик куда-то ушел, а место занял Брайан. Тот ухмылялся, уперев руки в бока, и демонстративно выставив на обозрение дряблый живот и вялый член. Авиан поморщился и молча отвернулся. Нельзя было привлекать внимание ссорой! Ни в коем случае! - Не хочешь к альфам подойти? А то ты тут так скромно жмешься в уголке, - Брайан хохотнул, Авиан же испуганно сжался. Он даже успел немного успокоиться, решил, что его пронесет, но эта сволочь явно намеревалась накликать на его голову беду.

- Брайан, дорогой, никто не трахает, да? - голос Далиана показался спасительным. Авиан едва не расплакался от облегчения, когда тот подошел, и беты начали осыпать друг друга оскорблениями, позабыв о нем.

Наверное, все закончилось бы хорошо, если бы внимание Авиана не привлек пронзительный крик. Обернувшись, он увидел того самого рыжеволосого молоденького бету. Он отбивался тоненькими ручонками от огромного альфы, с длинной бородой. Тот лишь хохотал, вжимая худое тело в свою мощную грудь и жадно мял бледные ягодицы.

- Не надо, - мальчишка хныкал и хлопал склеенными от слез ресничками, а у Авиана все переворачивалось внутри. Неужели так можно? Они ведь не животные, они веками учились руководствоваться разумом, а не инстинктами, гордились научными и культурными достижениями, пропагандировали принципы уважения и толерантности. А что же здесь? Одна жестокость и ничего людского. Лишь борьба за статус, за право жить, за возможность распоряжаться собственным телом.

Тем временем рыжеволосого паренька заставили стать на колени, бородатый альфа схватил его за волосы и ударил огромным членом по крепко сжатым, побелевшим губам. И еще раз, и еще, и еще, пока тот не открыл рот, давясь рыданиями. Член грубо протолкнули как можно глубже, а Авиан смотрел, как проступает кадык на тонкой шее мальчишки, а по подбородку стекает розоватая струйка крови и слюны. Помутневшим взглядом Авиан нашел "своих" альф. Эльману кто-то отсасывал, и он не обращал внимания на рыжеволосого. Натаниэль спокойно мылся, было неясно трахался ли он сегодня вообще. А вот Хесс смотрел на молоденького бету абсолютно равнодушно и холодно, как будто это и не человек был. Кажется, он почувствовал взгляд Авиана, потому что посмотрел в ответ и ухмыльнулся. Хотелось заехать ему по морде, хотелось кричать, но все, что выходило на самом деле - просто смотреть и стискивать зубы до скрежета.

Авиан терпел. Понимал, что ничем не поможет. Осознавал, что нельзя даже помыслить о возможности вмешаться. Но когда мальчишку поставили раком и в его зад начал проталкивать огромный член один из альф, Авиану было уже плевать. Пусть убьют, пусть разорвут в клочья. Но хотя бы человеком он останется, не станет бездушной тварью. И, когда паренек в очередной раз безумно закричал, Авиан сделал первый шаг. В то же мгновение его локоть обхватили цепкие пальцы Далиана.

- Дебил совсем?! Куда лезешь? - тихо зашептал тот, склонившись как можно ближе.

- Как ты можешь? Как? Они же убьют его! Сделай же что-нибудь! - дрожащим голосом пролепетал Авиан.

- У него не было никаких шансов. Он слишком смазлив. Авиан, ничего не поделаешь! Не подставляй себя сейчас, слышишь?

- Отвали! - голос прозвучал на удивление громко. Слово ударилось о стены и звонко прорезало тишину. Видимо, рыжеволосый как раз перестал кричать в тот момент, но результат был ожидаем - на Авиана обратились десятки глаз. Он сглотнул, как-то отвлеченно отметил, что мальчик потерял сознание, хотя его безвольное тело продолжали натягивать на член. Теперь были слышны лишь влажные шлепки яиц об ягодицы и тяжелое дыхание альфы. Авиан смотрел, как стекает кровь по худым ногам, и отсчитывал удары собственного сердца. Один... Пусть они перестанут на него смотреть. Два... Господи, когда же их отсюда выпустят? Три...

- А этот что тоже новенький? Не помню такого, - задумчиво протянул тот самый бородатый, который минуту назад трахал рыжеволосого бету в рот. Теперь он с интересом сканировал взглядом Авиана, а потом улыбнулся, продемонстрировав отсутствие двух передних зубов, и поманил его пальцем. - Иди-ка сюда, конфетка.

Авиан отрицательно покачал головой, мертвой хваткой вцепившись в руку Далиана. Чем он думал? И парнишке не помог, и себя подставил. Далиан был прав, называя его дебилом. И что теперь будет?

- Эй, что значит "нет"? - зло бросил уже другой альфа, огромной громадой надвигаясь на Авиана. Брайан за спиной гаденько хихикал, Эльман смотрел с сожалением, Натаниэль тоже наблюдал в этот раз - у него даже глаза, кажется, потемнели, но потом Авиан решил, что нелепо думать о цвете чьих-то глаз в тот момент, когда его планируют насиловать. Хотелось плакать, кричать, умолять, и он уже открыл рот, чтобы сказать хоть что-то, то же самое "пожалуйста, не надо", которое несколькими минутами ранее произносил рыжеволосый, но не успел.

- Вик, не лезь. Это мой, - Хесс произнес это так же, как можно было бы обсуждать погоду - скучающе и сухо. Но для Авиана в тот момент эти слова показались самыми важными за всю жизнь. Он облегченно выдохнул, слизал с губ капли воды и прикрыл веки. Впрочем, как оказалось, он рано обрадовался.

- Ты, Хесс, не охуел? Красавчика себе оприходовал, теперь еще и новенького? Или ты из жалости так говоришь, а? В добренького играешь? - подозрительно поинтересовался Вик, прищурившись. Хесс в ответ усмехнулся, хотя это больше напоминало оскал, медленно подошел, едва не коснувшись плечом альфы, остановился перед Авианом. Тот мужественно остался стоять на своем месте, хотя и страшновато было находиться в такой близости с голым альфой, хоть даже и знакомым. Несмотря на свой возраст, Хесс производил до странного смущающее впечатление своей наготой. А потом Хесс одним резким, размытым движением притянул к себе Авиана, заставил впечататься в собственное тело, влиться в каждый изгиб. Лизнул дрожащие губы, подбородок, а в глазах такое яростное предупреждение, что Авиан не посмел даже пошевелиться, покорно приоткрыл рот, позволил чужому языку толкнуться внутрь. Горячо и так до боли стыдно. Было слышно как, льется вода, и больше ничего, а значит, на них смотрели все.

- Еще вопросы, Вик? - тихо прошептал Хесс, оторвавшись ото рта Авиана, но не размыкая объятий. Вик молчал, поэтому Хесс зачем-то понюхал шею Авиана, едва не до крови прокусил тонкую кожу на плече. Авиан терпел, собрав всю свою волю в кулак, но когда между ягодиц проникли пальцы, надавливая на анус, проталкиваясь внутрь, он тихо заскулил, уткнувшись в голую мужскую грудь. Все мышцы свело судорогой, зубы едва не раскрошились от силы, с которой Авиан их стиснул. Господи, как же больно! Он ведь не омега, он не создан для этого! Благо, Хесс ограничился одной фалангой, и даже незаметно поцеловал в плечо, как будто этим убеждая, что так надо, что необходимо потерпеть. И Авиан терпел еще несколько невероятно продолжительных минут, пока Хесс широкими мазками вылизывал его губы и щеки. Интересно, он ощущал, что влага на них соленая?

URL
2017-03-26 в 19:15 

Mia_Levis
Стыд впал в спячку.
***

Авиан проплакал весь вечер. Даже на ужин не пошел. Благо, Хесс договорился с охраной. С ним никто не разговаривал, и он был за это благодарен. После подобного позора единственной мечтой было удавиться, но и то было нереально осуществить в камере. Стыд въелся в кожу, растекся по венам, и теперь Авиан не знал, сможет ли когда-то смотреть кому-то прямо в глаза. Так ломается гордость. Крошится на острые осколки, разрывает плоть, оставляя только куски окровавленного мяса. Теперь, накрывшись колючим одеялом с головой, Авиан думал, что его постигла самая страшная из всех возможных участей - унижение. И только противный голосок где-то внутри утверждал, что это только начало, а Авиан безвольная тряпка, раз сломался так быстро. Ведь он мог оказаться на месте того рыжеволосого мальчишки, которого унесли в лазарет окровавленным. Наверное, стоило взять себя в руки, спрятать боль в самые дальние уголки сознания и доставать ее лишь холодными ночами, когда никто не видит слез. Если бы только выполнить было так же легко, как сказать...

URL
2017-03-26 в 19:16 

Mia_Levis
Стыд впал в спячку.
Глава 8


Авиан всю ночь ворочался из стороны в сторону. Сначала ему снились альфы: их было много, они все скалились и наступали на него, пока не загнали в угол, вынудив вжаться в стену. Некоторые из них свистели, другие манили пальцем. И все продолжали надвигаться, окружать его со всех сторон, тянуть грязные руки и обжигать лицо зловонным дыханием. Когда с Авиана начали стягивать одежду, он закричал, пнул кого-то ногой, вцепился ногтями в мясистое плечо...

- Мелкий, блин, заткнись! - в сон прорвался голос Эльмана, а еще спустя мгновение Авиана подкинуло на койке. Видимо, альфа ударил ногой снизу. Удалось расслышать, как Хесс сонно пробормотал "дебил малолетний", и только после этого Авиан окончательно проснулся и осознал, что находится в камере. Кто бы мог подумать, что когда-то подобное сможет обрадовать? Но сейчас и правда затопило облегчение - его никто не тронет. Авиан разжал судорожно стиснутые на подушке пальцы, расправил сбившееся в ногах одеяло и повернулся на другую сторону, намереваясь вновь попытаться уснуть. Как оказалось, это было плохой идеей - Натаниэль смотрел. В тусклом свете, проникающем из коридора и улицы, сложно было различить выражение его лица, но сомнений, что смотрит он именно на Авиана, не возникало. Тот даже смутился - спать под чьим-то взглядом казалось неловким. Пришлось вновь перевернуться и накинуть на голову одеяло. Возможно, это и по-детски, но, в конце концов, имел же Авиан право хоть на какую-то приватность?

Как ни странно, вновь заснул он довольно легко, но через какое-то время снова вернулись сновидения. В этот раз в них фигурировал рыжеволосый бета, которого жестоко насиловали. Парень кричал, вырывался, а потом только жалко скулил и плакал. И не было никакой возможности помочь ему, Авиану казалось, что он просто прирос к земле, даже взгляд не в силах отвести. Оставалось смотреть, снова и снова, как одну-единственную сцену в до боли привычном спектакле.

Наверное, именно эти сны способствовали тому, что когда Авиан проснулся утром, он был полон решимости, по крайней мере, стараться вести себя достойно. Его привычка засыпать в слезах казалась жалкой и недостойной ему самому, а происшествие с рыжеволосым мальчишкой доказало, что Авиану повезло значительно больше, чем могло бы. Да, вчера было стыдно, и сегодня тоже наверняка будет нелегко смотреть всем прямо в глаза, но, в конце концов, от стыда не умирают. Решив, что хотя бы постарается сохранять хладнокровие, Авиан аккуратно спустился вниз, пытаясь не потревожить спящих на нижнем ярусе. Эльман с Далианом лежали в обнимку, и казались такими умиротворенными, расслабленными и даже счастливыми - глядя на них можно было забыть, что это тюрьма и что все чувства здесь искажены, задвинуты куда-то на периферию. Ведь главная цель - выжить. И никакие привязанности не должны этому мешать.

"Браво, Авиан, ты становишься циником", - кольнула мысль и быстро угасла. А как же иначе? Здесь только так и можно. Решив, что самобичевание ни к чему не приведет, Авиан откинул челку со лба и направился к раковине. Переодев рубашку и умывшись, он тихо сел за стол, дожидаясь пока проснутся остальные. Как раз перед Авианом лежала книга, отчаянно захотелось хотя бы перевернуть ее и прочитать название, но Натаниэль в это время уже завозился на своей койке. Книга была его, и трогать ее без спроса Авиан не решался. Да и просить вряд ли стоило, лучше было поинтересоваться у Далиана, ведь в тюрьме должна быть библиотека. Неплохо было бы сходить туда и взять хоть что-то почитать.

- Доброе утро, мелкий, - Авиан вздрогнул, когда рядом с ним сел Эльман. И как так тихо подкрался, спрашивается? Он был лишь в одних трусах, прижимался голой ногой и плечом, но отодвинуться Авиану было некуда: и так втиснулся в каменную кладку. - Как спалось?

- Доброе. Нормально, - под нос пробормотал Авиан и поерзал, надеясь хоть как-то увеличить дистанцию. Эльман не был таким громадным, как Хесс, да и у Натаниэля мышцы были значительно более развиты, чем у него. Эльман же был гибким и жилистым, не таким уж и пугающим, и, по сути, казался дружелюбным, если забыть об его двусмысленных намеках.

- А чего кричал тогда? - поинтересовался Эльман, широко зевнув и запустив ладонь в темные волосы. В первый день Авиану показалось, что они черные, но, приглядевшись, стало понятно, что это скорее темно-каштановый цвет.

- Не помню, - неопределенно ответил Авиан. Не хотелось говорить, что ему снилось, как его планируют насиловать. О вчерашнем происшествии в душевых пока никто не вспоминал, и было бы лучше, чтобы и впредь это не обсуждалось. Уж слишком унизительно, хотелось как можно скорее вытравить из себя эти воспоминания.

- Ясно, - Эльман неопределенно пожал плечами и, вытащив из пачки сигарету, закурил. Отодвигаться, видимо, он не планировал, поэтому Авиан затих и даже смог расслабиться. В конце концов, ничего страшного ему пока не грозило. А вскоре проснулись и все остальные, начали одеваться и переговариваться о каких-то мелочах. Ни Хесс, ни Натаниэль не обращали на Авиана внимания, как будто и не было вчера ничего. Хотя, наверное, для них это было слишком привычно и за ночь совсем забыто. И через какое-то время и сам Авиан почти успокоился.

***

Вскоре после завтрака Авиана увели в комнату свиданий. Догадаться, кто именно мог его навестить, было несложно. Удивляло другое - как Кристиану удалось так скоро добиться встречи? Впрочем, папа славился умением достигать желаемого, об этом не стоило забывать. Когда Кристиан вошел, Авиан встал из-за стола, окинул хрупкую фигуру родителя пристальным взглядом и остановил взгляд на скуле. Там красовался синяк, который, конечно же, был тщательно замазан тональным кремом, но то ли свет так падал, то ли кровоподтек был слишком ярким, потому что в итоге синеватый оттенок довольно четко проступал на светлой коже.

- Чем от тебя несет? - с подозрением поинтересовался Кристиан, после приветствия.

- Что у тебя на щеке? - в свою очередь спросил Авиан, вновь садясь за стол.

- Ударился. Так что это за запах?

- Ударился или ударили? Я стираю. Мыло, наверное, так воняет.

- Мыло? Какое любопытное мыло, - прошипел Кристиан, прищурившись и склонившись вперед. - Вин, скажи мне правду!

- Тебя ударил Джастин? - сейчас это единственное, что его интересовало. Кристиан разрушал свою судьбу, и от этого было больнее всего. Собственное благополучие отступало на второй план при такой явной демонстрации проблем у папы.

- Вин, так мы ничего не добьемся, - покосившись на охранника, тяжело выдохнул Кристиан. - Я хочу услышать ответ на свой вопрос: почему от тебя пахнет альфами?

- Крис, я живу с альфами. Они постоянно трахаются со вторым бетой, а я стираю их одежду. На твой вопрос отвечу: нет, меня не трогают. Все хорошо, честно, - сжав ладонь папы, Авиан вновь повторил вопрос: - Твоя очередь. Что у тебя с лицом? Это ведь из-за твоей идеи с ходатайством, да? Отец против?

- Это не твои проблемы, Вин, - заметив, что сын планирует возразить, Кристиан погрозил ему пальцем и быстро добавил: - Слушай, у меня очень мало времени. Я приехал только, чтобы повидаться с тобой и убедиться, что все хорошо. Мне нужно идти, если все будет по плану, то примерно через две недели я заберу тебя отсюда. И не смей возражать! - максимально строго сказал Кристиан, встал, поцеловал Авиана в щеку и тихо прошептал: - Люблю тебя.

- И я тебя, - Авиан улыбнулся и проводил папу взглядом. Его намерение переубедить Кристиана участвовать в подобной афере с самого начала было провальным. Уж слишком тот был упрям, чтобы отказаться от идеи, даже если она и грозила ему общественным порицанием. Оставалось лишь надеяться, что все они окажутся достаточно сильны, чтобы справиться с трудностями. Авиан бросил взгляд в окно. Здесь оно было больше, позволяло рассмотреть серое небо, по которому ветер гнал клочья сизых облаков. Вот так и в жизни сгущались тучи, грозясь в любой момент пролиться на головы ледяным дождем. Знать бы еще, когда именно это произойдет. Знать бы, как спасти себя и дорогих людей. Но, увы, Авиан не видел решения, не понимал, как одновременно и выбраться отсюда, и сохранить свою, хоть и далеко не идеальную, но семью.

URL
2017-03-26 в 19:17 

Mia_Levis
Стыд впал в спячку.
***

- Кто приходил, мелкий? - спросил Эльман, как только Авиан вернулся в камеру. Натаниэль снова читал, Хесса в камере вообще не было, Далиан же снова спал, свернувшись в клубок под одеялом. - Ты пропустил прогулку.

- Ничего, переживу, - ответил Авиан и послушно присел за стол, посчитав, что постоянно прятаться на своей койке неразумно. - А приходил папа.

- Омежка? - заинтересовался Эльман.

- А что бывают другие папы? - Авиан не удержался от легкой иронии, уж слишком позабавила его реакция. Впрочем, он моментально испугался. Мало ли, как отреагирует Эльман? Добрый-добрый, но он все-таки альфа и дразнить его не стоило. И тут Натаниэль хмыкнул и даже на мгновение оторвался от чтения, окинув Авиана пристальным взглядом серо-голубых глаз. Возможно, показалось, но создалось ощущение, что он оценил ответ.

- Очень смешно, Нейт, - проворчал Эльман. - Или омеги это твоя больная тема? - атмосфера в камере переменилась в одну секунду. Как будто на помещение накинули колпак, превращая его в вакуум, лишенный всякого воздействия извне. Теперь был слышен любой шорох, каждый вздох и тихое сопение Далиана. Даже воздух, казалось, наэлектризовался, наполнился предчувствием предстоящей ссоры.

- А тебе, Эльман, какое до этого дело, напомни? - голос Натаниэля казался спокойным, до пугающего равнодушным. Но вместе с тем в нем была угроза, какое-то абсолютное осознание собственной силы, которую он мог в любой момент проявить. Авиан судорожно прикусил губу. Кто дергал его за язык? Но, в конце концов, он ведь не мог знать, что его ответ в итоге приведет к подобной ситуации.

- Да мне никакого. Просто немного напрягает, что ты постоянно навязываешь абсолютное поклонение по отношению к омегам. Их здесь, блядь, даже нет! Да и устарели все эти принципы! Они тоже бывают шлю...

Авиан даже не успел моргнуть, а Эльман договорить, как кулак Натаниэля впечатался ему в нос. На белую майку упало несколько алых капель, Эльман заматерился и запрокинул голову вверх, чтобы остановить кровь.

- Я тебя, сука, убью нахрен! - крикнул он, поднимаясь на ноги. Натаниэль в это время уже сидел абсолютно спокойно и вновь читал, но Авиан чудесно понимал, что если сейчас это не остановить, то драка может произойти грандиозная. К счастью, шум разбудил Далиана, и он быстро подошел, подхватил Эльмана под локоть, встал на носочки и быстро затараторил:

- Эл, я тебя прошу! Не нужно! Сейчас охрана услышит, всех в карцер отправят! Да и Хесс нас потом убьет! Прошу! - Далиан вытер кровь кончиками пальцев, и когда Эльман наконец-то перестал ненавистно прожигать взглядом Натаниэля, утащил его к раковине, умываться.

- Извините, - через несколько минут все же решился произнести Авиан. Натаниэль читал, отвлекать его было страшно, но попросить прощения казалось важным, потому что Авиан и вправду считал, что это из-за него произошел скандал.

- За что?

- Мне не стоило так отвечать Эльману. Его, наверное, именно это разозлило.

- Эльмана злит отсутствие у него мозга. Он, конечно, этого не осознает, но это действительно так, - хмыкнул Натаниэль, отложив книгу. - Он неплохой парень, но слишком молод еще, многого не понимает и, увы, понимать не хочет. Так что не бери в голову.

С этими словами Натаниэль встал из-за стола, потянулся, разминая затекшие мышцы. Авиан наблюдал за ним и думал, что он, вроде, не такой уж и плохой. По крайней мере, лично ему Натаниэль еще ничего не сделал.

- А можно мне взять книгу? - вдогонку спросил Авиан. Было боязно, но раз сегодня весь день состоял из сплошных авантюр, то почему бы не рискнуть еще раз?

- Бери, - Натаниэль не обернулся, только пожал плечами и одним плавным, выверенным движением забрался на свою койку.

***

- Нейт, конченная мразь, - зло сплюнул Далиан, когда они шли на ужин. Весь день прошел размеренно и спокойно, только Эльман косился на койку Натаниэля. Но в камере тогда уже был Хесс, да и не машут кулаками после драки.

- Лиан, он не сделал ничего такого, - неожиданно для самого себя вступился Авиан. Кристиан всегда прививал ему чувство справедливости и в этот раз именно Эльман поступил неправильно. Но, увидев осуждающий взгляд Далиана, поспешил добавить: - Конечно, не стоило бить, это да. Но и Эльман хорош.

- Эл не виноват.

- Может, ты просто влюблен в него? - со смешком поинтересовался Авиан.

- Да иди ты, мелкий, - Далиан ткнул его локтем под ребра, но по лицу растекся предательский румянец, давая понять, что предположение явно не беспочвенно.

За столом на Авиана снова косились все беты, особенно Брайан, но за сегодняшний день это стало привычным. Оказалось, что они ему завидуют, как пояснил на обеде Лиан. Ведь далеко не в каждой камере альфы защищают своих бет, это скорее исключение, чем правило, а значит, Хесс чуть ли не святой, по словам того же Далиана. Правда, вспоминая о вчерашнем позоре, было сложно относиться к этому как к благодетели. Ведь, по сути, у Авиана вчера был первый настоящий поцелуй, не считая нелепых экспериментов по пьяни, и тот факт, что за этим наблюдала толпа, жутко отвращал. Что уж говорить о пальцах в заднице? Об этом вообще было больно вспоминать. Тяжело вздохнув, Авиан рассеянно стал рассматривать сидящих за столом, пока его взгляд не наткнулся на рыжеволосого паренька. Тот сидел на самом краю, бледный до синевы, не ел, а смотрел на свои сложенные на коленях руки.

- Я на минуту, - покосившись на охранников и перекинув одну ногу через лавочку, пробормотал Авиан.

- Куда? - Далиан сразу вцепился в его руку и пытливо посмотрел своими светлыми глазами.

- Подойду к нему, - Авиан кивнул подбородком в необходимом направлении и уже планировал вырваться из захвата беты, но тот резко потянул его вниз, рявкнув:

- Свихнулся, блядь? Нельзя! Ты что не понимаешь, что здесь очень четкая иерархия? Ты не можешь общаться с общей проституткой! Если, конечно, и сам не хочешь стать ей.

- Он не про...

- Его трахали все желающие! И будут трахать столько, сколько он пробудет здесь или пока не сдохнет! Снимай розовые очки, Авиан, пока не поздно! - Далиан осмотрелся по сторонам, чтобы убедиться, что их разговор никто не слушал, а только потом разжал пальцы и вернулся к ужину. Авиану ничего не оставалось, как снова усесться на лавочку. Как же все-таки здесь сложно, с этими странными, животными правилами...

- Зачем ты мне помогаешь, Лиан? - через несколько минут спросил Авиан. Взгляд то и дело возвращался к концу стола - рыжеволосый все так же не шевелился, лишь иногда испуганно вздрагивал.

- Я, помнится, уже отвечал на этот вопрос. Я не желаю тебе зла. Ты еще совсем мальчишка, а я не такой зверь, как ты, возможно, подумал.

- Я так не думаю. Прости, не хотел обидеть. И спасибо, что помогаешь, - Авиан говорил искренне. Страшно было представить, что было бы с ним в первый же день, если бы не советы и предостережения Далиана. В какой-то мере он напоминал ему идеал старшего брата - строгий и одновременно понимающий. - А сколько тебе лет?

- Тридцать, - хмыкнул бета, подмигнув.

- Правда?

- Угу, а что? Хорошо сохранился? - Далиан засмеялся, Авиан тоже улыбнулся. Он и правда не предполагал услышать подобную цифру.

- А остальным сколько? Ну, нашим, я имею в виду?

- Хессу сорок два, я уже говорил. Натаниэлю за тридцать, точно не знаю. Эльману двадцать три. Ладно, хватит болтать, строиться пора. И не забывай, о чем я тебе говорил - будь реалистом, Авиан. Здесь это главное условие выживания.

URL
2017-03-26 в 19:17 

Mia_Levis
Стыд впал в спячку.
***

Дни медленно текли: совершенно серые и однообразные. Со временем ко всему привыкаешь, поэтому по прошествии двух недель Авиан приспособился и к рациону, и к режиму, и к работе и даже к особенностям характера альф. Конечно, было сложно, и иногда он едва сдерживал слезы, но, в принципе, научился справляться с трудностями. Единственное, что волновало, так это отсутствие вестей от Кристиана, хотелось быть уверенным, что с папой все нормально. Увы, связаться с ним у Авиана не было никакой возможности. Раз в три недели разрешался звонок, но ближайший срок был только через два дня, а до этого времени оставалось лишь тешить себя надеждой, что ничего плохого не произошло.

Впрочем, проснувшись на рассвете, Авиан понял, что у него появилась еще одна проблема. Он, кажется, заболел. Тело пылало, губы пересохли, а каждый вдох отдавался болью в животе. В камере казалось до жути жарко, хотя на деле была уже поздняя осень, и в многочисленные просветы в каменной кладке проникал холодный ветер. Авиан сбросил с себя одеяло, свернулся в клубок, прикусил подушку и постарался вновь уснуть. Только болезни ему сейчас и не хватало.

URL
2017-03-26 в 19:19 

Mia_Levis
Стыд впал в спячку.
Глава 9


Воздух шумно вырывался из пересохшего рта, разрывал легкие и глотку. Сглотнуть вязкую слюну не получалось, Авиан то и дело проводил языком по потрескавшимся губам и иногда глухо стонал в подушку. Состояние было странным - не полноценный сон, а болезненная дрема, в которую то и дело врывались острые запахи и искаженные звуки. Хотелось проснуться, но веки, казалось, были налиты свинцом и все, что выходило - выгибаться в немыслимую дугу, расцарапывать кожу на собственном животе, в яростной попытке избавиться от спазмов, скручивающих внутренние органы в тугие узлы. Ноги Авиана скользили по жесткому матрасу, путались в простыне, и он отчаянно пытался скинуть ее, потому что даже касание ткани причиняло жгучую боль.

- Ты конченная мразь! - Авиан не успел даже разобрать, кому принадлежат эти слова, только почувствовал, как его стаскивают с койки, обхватив за запястья. О каменный пол сбились колени, не удержав равновесия, Авиан повалился вперед, оцарапав подбородок и сильно ударившись носом. Мгновенно подкатила тошнота, и его скрутило в рвотных спазмах. Благо, желудок был пуст, удалось сплюнуть лишь слюну с кровавыми сгустками. Но отдышаться Авиану не дали, Хесс - а это был именно он - обхватил его рубаху на спине и заставил встать, словно жалкого щенка. Развернул к себе и прорычал: - Что ты, ублюдок, принял? Что ты принял?!

- Я не... - говорить было сложно, дыхание перехватывало от невероятной смеси запахов. Авиану казалось, что в камере вовсе не осталось воздуха, только ядовитая смесь, проникающая в поры и причиняющая ужасные страдания.

- Ты, сука, шлюхой себя захотел почувствовать? Захотелось, чтобы тебя выебали, да? - Хесс толкнул Авиана в грудь, вынуждая упасть на койку. Тот ударился затылком о стену, почувствовал как содралась кожа, и горячая кровь потекла из раны, заливая шею. Авиан ничего не понимал, не мог пробиться сквозь дурман, лишающий рассудка. Только когда его ноги резким рывком раздвинули в стороны с такой силой, что едва связки не порвались, с губ сорвался первый всхлип. И после этого рыдания было уже не остановить: слезы сплошным потоком текли по щекам, а из горла вырывался жалкий вой. Хесс, казалось, растерялся. Он смотрел на плачущего мальчишку и задавался вопросом, зачем тот вообще принял феромоносодержащие препараты? Вроде бы не дурак, да и достать их здесь нелегко...

- Хесс, пусти, - сквозь слезы Авиану кое-как удалось рассмотреть Натаниэля, который аккуратно разжал цепкие пальцы Хесса, сжимающие бедра. Каждое невольное касание альф посылало по коже миллионы горячих искр: они проникали в вены и скручивались в животе огненным шаром. Как же больно! - Отойди, слышишь? Отойди! - Натаниэль повысил голос, и Хесс почему-то послушался - в несколько шагов оказался у стола, впечатал кулак в деревянную поверхность и тяжело засопел.

- Натаниэль, я поговорю с ним, все выясню, - словно сквозь слой ваты удалось различить голос Далиана. Только сейчас Авиан заметил, что творится на койке напротив: Далиан стальной хваткой вцепился в плечи Эльмана, как будто удерживая того на месте. Альфа и правда выглядел безумным: зеленые глаза стали совсем черными, на светлой коже проступили алые пятна, словно и Эльман мучился лихорадкой так же, как Авиан. - Эл, сиди! Слышишь меня! Не сходи с ума! Авиан, иди ко мне!

Кое-как удалось забраться на свою койку и улечься там вместе с бетой. Слезы невозможно было остановить, Авиану вообще казалось, что он умирает, настолько больно было даже просто дышать. Далиан накрыл их одеялом с головой, уткнулся лбом в лоб Авиана, кончиками пальцев стер влагу со щек и забормотал:

- Что ты принимал? Вспоминай! Ты брал какие-то таблетки? Ел или пил что-то не из рациона? Авиан, думай! Они же свихнутся скоро!

- Я ничего не принимал. Я просто заболел. Я не знаю... - Далиан несколько минут молчал, задумчиво поглаживая сухие губы мальчишки, а потом деловитым тоном осведомился:

- Во сколько лет определили статус?

- В шестнадцать, как и всем, - с трудом ответил Авиан. Господи, он задыхается, а кому-то еще есть дело до его статуса? Хотелось на улицу - дышать, дышать, дышать морозным воздухом, только бы прогнать жар из измученного тела.

- Результаты анализов крови не вызывали сомнений? Тебе не делали УЗИ? - Далиан упорно не отставал, поглаживая напряженные плечи. Как ни странно, но его касания не вызывали боли, даже немного расслабляли. Но лишь до очередного вдоха. Этот чертов ядовитый воздух убивал!

- Нет, все было однозначно. Далиан, что такое? - Авиан прикусил губу, потерянно шмыгнул носом. Пусть ему помогут, сделают хоть что-нибудь! Эта мука грозилась свести с ума.

- Еще не знаю... - задумчиво протянул бета. Он опустил руку ниже, погладил поясницу, а потом забрался под резинку трусов, стягивая их вниз.

- Что ты творишь? - изумленно выдохнул Авиан, жалея, что ночью изменил своей привычке и стянул-таки брюки. Он хотел перехватить наглую ладонь, обвинить Далиана в жестокости. Ведь он доверял ему, как к старшему брату относился, а тот вытворяет какое-то непотребство в такой ужасный момент!

- Успокойся! - тихо, но вместе с тем очень твердо, произнес Далиан. - Я не причиню тебе вреда. Нужно кое-что проверить, - Авиан хныкнул, но все же перестал елозить, позволяя пальцам скользнуть между ягодиц. Впрочем, когда Далиан коснулся ануса, он не удержался от крика, сжался весь, задрожал, словно осенний лист на порывистом ветру. Это было сравнимо только с ударом тока - настолько яростный импульс, от которого перед глазами мутнело, а по вискам стучало набатом.

- Лиан, Лиан, я прошу-у-у... - жалкий стон смешался со всхлипами, Авиан попытался оторвать чужую руку от своего тела, но ничего не выходило. Впрочем, экзекуция длилась недолго: вскоре Далиан поднес пальцы к лицу, принюхался, даже, кажется, лизнул. И в тусклом освещении удалось различить, какое волнение отразилось на лице беты. - Что такое? Со мной что-то не так, да?

- У тебя скоро начнется течка, Авиан, - хотелось смеяться - громко, нервно. Еще больше хотелось послать всех нахрен, сказать, что шутка затянулась, а он, Авиан, никогда не поверит в этот бред. Но произнести ничего подобного не удалось: спазмы в животе стали такими сильными, что пришлось вгрызаться в подушку, лишь бы только не завизжать фальцетом. Кажется, собственное тело доказывало, что Далиан говорил ему правду...

***

- Меня теперь отпустят домой? - тихо поинтересовался Авиан, когда спустя полчаса Далиан вновь забрался на его койку. О чем он говорил с альфами, так и не удалось разобрать - они намеренно шептались. А вот сейчас их увели на завтрак, Хесс каким-то образом смог договориться с охраной, чтобы оставить Далиана с Авианом в камере.

- Все не так просто... Твой статус накладывает на тебя массу обязанностей, омега не может быть замешан в чем-либо, порочащем его честь или влияющем на возможную чистоту потомства. Ты же лучше меня это знаешь, Авиан! Я не могу представить, какой поднимется скандал, если узнают, что ты, будучи омегой...

- Может это все-таки не так? - одинокая слезинка сорвалась с ресниц, прочертила дорожку по виску и затерялась в черных волосах. Боже, Авиан ведь даже внешне не был похож на омегу: невзрачная ворона в семье лебедей! Почему так?

- Авиан... - Далиан тяжело вздохнул и грустно произнес: - Перестань тешить себя иллюзиями. Кроме того, все не так страшно. Завтра тебе разрешат звонок, ты свяжешься с семьей, и, я думаю, они смогут организовать, чтобы тебя увезли без шума. А там все будет хорошо: у тебя будет муж, семья, дети. Ты еще не понимаешь, что с тобой произошло чудо, Авиан! Конечно, сейчас тебе тяжело, но все забудется, как страшный сон, - Далиан говорил так уверенно, создавалось ощущение, что он и правда верит, что быть омегой - благодать. Впрочем, Авиан не знал, что испытываешь, когда тебе тридцать, впереди маячит старость, а все мечты о детях и любви так и остаются лишь мечтами. Быть может, это и правда страшно. - Так что, твои родители заберут тебя?

- Да, папа заберет, - Авиан понимал, что подобную просьбу можно адресовать только Кристиану, и никому иному. Джастин уже показал, что для него разная кровь - тот критерий, который способен убить все чувства; он вряд ли будет его защищать, а наоборот испортит жизнь окончательно.

- Вот видишь! Хесс заплатил, чтобы нас сегодня никуда не выводили, завтра тебя к телефону отведет бета, запах ей различить не удастся. Осталось только пережить этот день. Все у тебя будет хорошо, мальчик, все будет хорошо, - Далиан откинул со лба Авиана смоляные пряди и улыбнулся.

- Спасибо тебе, - сдерживать эмоции было так сложно, никакие понятия о гордости и самоуважении больше не играли роли, были словно пустой звук. Все, что руководило Авианом, это желание быть защищенным, испытывать нежность и хоть что-то человеческое к себе. О тех потребностях, которые проявятся вскоре, как только течка начнется в полную силу, не хотелось даже думать. Это будет не сегодня, а тогда рядом уже будет Кристиан. Он поможет пережить все это.

- Хватит благодарить! Так, теперь давай поторопимся. Нужно переодеть тебя и сменить постельное белье, пока наши не вернулись. А еще голову твою посмотреть, у тебя все волосы от крови слиплись, - Далиан помог Авиану спуститься, усадил его за стол, а сам сдернул мокрые от пота простынь и наволочку, бросив в кучу с грязным бельем. - Эх, теперь мне снова придется стирать.

- Прости, - задушено прохрипел Авиан.

- Я же не виню тебя, дурень. Мы все справимся. Обязательно справимся.

URL
2017-03-26 в 19:19 

Mia_Levis
Стыд впал в спячку.
***

К вечеру Авиан уже не верил, что переживет ночь. Неизвестно, что именно было причиной такого жуткого состояния - то ли сам факт задержки первой течки, то ли непосредственная близость трех альф. Но чувствовал он себя жутко. Далиан постоянно был рядом, стирал со лба пот, держал стакан с водой у губ, нашептывал какую-то утешительную несуразицу. Авиан был готов молиться на бету и причислить его к лику святых, но даже поддержка Далиана помогала все хуже и хуже. В тесной камере не было места, чтобы скрыться от смеси запахов - разных, но одинаково острых. Это было словно находиться в клетке с тремя хищниками, ощущать опасность, исходящую от них, знать, насколько они голодны, и понимать, что вся выдержка их держится лишь на привитых с детства принципах о неприкосновенности омег, и ни на чем ином. Но надолго ли хватит принципов, когда разум застилает животная похоть? Авиан очень сомневался в этом.

- Блядь, это просто невозможно! - Эльману было тяжелее всего: это именно он курил без передышки и сжимал пальцы на столешнице до белизны. Вот и сейчас он откинул окурок и севшим голосом пробормотал: - Ему же будет легче, если он трахнется. Он ведь мучается! - неизвестно к кому конкретно Эльман обращался, явно не к Авиану, но тот услышал. Испуганно прикусил губу, сжался в клубок. Легче? Ну, да, на время течки. А потом? Как потом жить?!

- Ему станет легче, если ты закроешь рот, - ответил Натаниэль - спокойно и размеренно. Это удивляло, потому что даже Хесс тяжелее справлялся, хотя и был старше. Нейт же казался почти спокойным, если не присматриваться к дрожащим пальцам и потемневшим глазам. - Он отсюда завтра выйдет. И воспоминания о тюремной оргии ему ни к чему.

- Иди нахуй, Нейт, - зло сплюнул Эльман. В этот раз Хесс не вмешался: он лежал на своей койке с закрытыми глазами, хотя и не спал - выдавало поверхностное дыхание. - Лиан, иди хоть ты сюда.

- Я занят, Эл. Отвали! - в другой ситуации Авиан даже посмеялся бы над выражением лица Эльмана, который сразу же сжался, словно нашкодивший щенок, после слов Далиана. Было странно замечать, что именно у хрупкого беты получалось лучше всего сдерживать неуемную энергию Эльмана. Возможно, это был знак того, что чувства их взаимны, просто проявлять их здесь слишком явно неуместно?

В ту ночь никто не спал. Эльман ворочался и постоянно матерился, а под утро и вовсе начал вышагивать по камере, пока не был остановлен взбесившимся Хессом, который до этого упрямо имитировал спящего. Натаниэль лежал с открытыми глазами, несколько раз Авиан ловил его взгляд - в нем было сострадание и понимание, - но все же сразу отворачивался. Как же это все низко! Когда его считали бетой, то лучшее, что он мог получить от альф - игнор. Но как только проявился этот омерзительный омежий статус, его сразу начали защищать, желать ему счастливой жизни и играть несвойственное благородство. Авиана даже удивляло, что они не повалили его и не оттрахали до полусмерти. Днем, когда они с Далианом были одни, он спрашивал, нет ли вероятности, что терпение альф лопнет. Как оказалось, в этот раз именно Натаниэль был его основным опекуном и защитником. Ну, конечно, омега ведь, а Нейт возводил подобное положение в культ. Противно это все! Нечестно и неправильно!

Что касалось самого Авиана, он то проваливался в горячечный бред, стонал в подушку и давился собственными слезами, то смотрел невидящим взглядом в окно, и молил Бога, чтобы уже завтра всего этого не видеть, оказаться дома, под опекой любящего папы. Усталость давала о себе знать, иногда он отключался, проваливался в вязкую темноту на несколько минут, но боль в голове, а особенно внизу живота возвращала Авиана в реальность с завидным постоянством. Между ягодиц становилось все более влажно, ткань белья противно липла к коже, и это было так унизительно и неправильно. Он ведь хотел просто спокойной жизни, а что получил в итоге? Исковерканную судьбу и ненужное положение, накладывающее массу обязательств. За что же так? Кто же раздает на небесах счастье и почему ему, Авиану, достается одно лишь горе?

Впрочем, все имеет свой конец, так и ночь окончилась, сменилась серым, промозглым рассветом. Никто больше не видел смысла притворяться, альфы сели за стол - молчаливые и напряженные, Далиан вновь помог Авиану спуститься и переодеться за стенкой. Умыл его холодной водой, пригладил растрепанные волосы и прошептал:

- Ты молодец, ты со всем справился. Не держи на них зла, они никогда не желали тебе вреда. Ни тогда, ни сейчас. Ты этого еще не понимаешь, но нам очень повезло с ними. Все могло быть значительно плачевнее. Поверь. А теперь пойдем, нам осталось подождать совсем немного.

Авиан послушно кивнул и вновь забрался на свою койку. Возможно, Далиан был прав, но думать об этом сейчас не получалось. Вот когда он окажется дома, в теплоте и безопасности, тогда можно и поблагодарить Господа, что ему "достались" адекватные альфы. Сейчас же это было преждевременно. Не хватало только сглазить...

URL
   

Кукольный домик

главная